За Веру, Царя и Отечество

Тем временем у Луцка германские атаки окончательно выдохлись, так ничего и не добившись, и обе стороны вели перегруппировку. С 25.6 Брусилову была подчинена 3-я армия, и он стал готовить новый удар - на Ковель. А немцы сосредотачивали силы для нового флангового контрудара, с севера, от ст. Маневичи. Но русские их опередили. 3.7 началось общее наступление Западного и Юго-Западного фронтов. 4-я армия Рагозы силами трех корпусов повела атаки на Барановичи, остальные армии Эверта предпринимали демонстрации. В первый день части 4-й армии взяли 2 линии окопов, 3 тыс. пленных. Противник считал положение угрожающим, начал вывозить из Барановичей все ценное. Но ситуация была уже иной, чем в июне. Германские войска успели усилить тут оборону, а обнаружив концентрацию войск, тоже подбросили дополнительные контингенты. К тому же Эверт действовал по шаблону, по старым переводным наставлениям, и прорыв опять осуществлялся на одном узком участке в 8 км, что мешало по простреливаемому коридору подводить свежие войска для наращивания усилий. На таком пространстве трудно было маневрировать, выбирать более оптимальные направления. Контратаками и пулеметами немцы наступление остановили. На Северном фронте и у оз.Нарочь в ходе демонстрационных атак русские войска тоже сумели захватить передовые позиции противника - без дальнейшего развития. А на других участках немцы сами предприняли артобстрелы, химические удары и атаки, чтобы отвлечь русских. Эверт 4.7 провел повторную артподготовку у Барановичей, а 7.7 - третью, за каждой из которых следовали попытки штурма, но успеха это не принесло. 10.7 он доложил в Ставку, что потери достигли 80 тыс. и запросил, продолжать ли атаки или прекратить их. Верховное Главнокомандование распорядилось прекратить. Теперь главным признавался Юго-Западный фронт, куда решено было перебросить стратегический резерв гвардию и другие соединения. 
Фронт Брусилова начал наступление 4.7. 3-я армия, входившая теперь в его состав, встретила ожесточенное сопротивление той самой Маневичской группировки, которая стягивалась для флангового удара. Но теперь этой группировке пришлось разворачиваться на восток против удара Леша, а армия Каледина навалилась на нее с юга, с Луцкого выступа, и фронт был прорван. Русские войска взяли г. Галузию, Маневичи, Городок и вышли в нижнем течении на р. Стоход, захватив кое-где плацдармы на левом берегу. Из-за этого немцам пришлось отступать и севернее, в Полесье. Но полностью преодолеть Стоход на плечах врага не удалось. Подтягивая свежие войска, прибывающие по железной дороге в Ковель, противник создавал тут сильную оборону. И Брусилов остановил атаки для новой перегруппировки и подготовки артиллерийского удара. Людендорф писал: "Русская атака в излучине Стыри, восточне Луцка, имела полный успех. Австро-венгерские позиции были прорваны в нескольких местах, германские части, которые шли на помощь, также оказались здесь в тяжелом положении, и 7.7 ген. фон Линзинген был принужден отвести свое левое крыло за Стоход. Туда же пришлось отвести с участка южнее Припяти правое крыло фронта генерал-фельдмаршала принца Леопольда Баварского, где была расположена часть армейской группы Гронау. Это был один из наисильнейших натисков на Восточном фронте. Надежды на то, что австро-венгерские войска удержат неукрепленную линию Стохода, было мало... Несмотря на то, что русские атаки в любой момент могли возобновиться, мы продолжали выискивать отдельные полки, чтобы поддержать левое крыло фронта Линзингена северо-восточнее и восточнее Ковеля". 
11-я армия в этот раз смогла продвинуться лишь правым флангом и взяла г. Берестечко, 7-я успехов не добилась, только кое-где сумела улучшить позиции. А 9-я свое наступление, собственно, и не прекращала, очищая от остатков 7-й австрийской армии долины Днестра и Прута. На запад она дошла до долины р. Серета, выйдя к г. Делатынь, на севере взяла г. Долина. В результате Брусиловского прорыва - кстати, единственной в истории операции, названной не по месту действия, а по фамилии полководца, глубина продвижения у Каледина достигла 80 км, у Лечицкого - 120 км. Была спасена Италия, ослаблено давление врага во Франции - немцы оттуда сняли 11 дивизий, австрийцы с Итальянского фронта - 6. Фронт Брусилова освободил почти всю Волынь, занял почти всю Буковину и часть Галиции. В боях было взято 378 тыс. пленных, 496 орудий, 1044 пулемета, 367 минометов и бомбометов. Брусилов за эту победу был награжден "Георгиевским оружием, бриллиантами украшенным". 
Ситуация для Центральных Держав была критической. Алексеев обращался к Жоффру и другим союзным представителям, что вот теперь-то надо бы нажать в других местах: "Вряд ли будут более благоприятными условия в дальнейшем для успеха наступления из Салоник. Русские войска прорвали широкую брешь в австро-германской линии, а в Галиции мы вновь перешли к наступательной войне. Германия и Австрия стягивают сюда все свои свежие силы, и таким образом ослабляют свой фронт на Балканах". Кроме того, он считал: "Сейчас наступил момент, наиболее подходящий для вступления Румынии, и это единственный момент, когда вмешательство Румынии может быть интересно для России". Но отказались англичане - они уже испытали боевое мастерство болгар и наступать на них считали слишком опасным. А Румыния глупо и нудно продолжала торговаться. Тем не менее лето 16-го стало переломным моментом во всей войне. Отныне стратегическая инициатива перешла в руки Антанты. 
В период летних сражений русские солдаты, офицеры, гражданские люди сплошь и рядом проявляли чудеса героизма. И героизма, различного по формами. Так, на Западном фронте опять отличилась унтер-офицер Мария Бочкарева. Дочь бедного крестьянина из Томска, она в 14-м подала прошение о зачислении на службу. И царь лично разрешил такое исключение. Она воевала рядовым в 28-м Полоцком полку, четырежды была ранена и за доблесть заслужила полный Георгиевский бант из 4 крестов и 4 медалей. Была произведена в прапорщики... А другая русская женщина, В.В. Мещерякова, всюду ездила с Преображенским полком, где служили три ее сына. Один погиб, и мать продолжала провожать в бой и встречать из боя двоих оставшихся. Или такой случай - в июле немцы предприняли газовую атаку на позиции Грузинского и Мингрельского полков. Противогазы имелись, но, надев их, солдаты перестали слышать команды, и когда немцы полезли на штурм, началась неразбериха и паника. Тогда полковник Отхмезури снял маску и начал отдавать приказания. И его примеру последовали все офицеры в траншее. Паника улеглась, атаку отбили. Большинство солдат уцелело. Офицеры отравились и погибли.