Утраченный идеал
– Мне надо посоветоваться с ребятами. Если у нас появятся отказавшиеся, мы сможем разделить их долю среди оставшихся?
Вассайл попытался улыбнуться, но скрючился от боли.
– Бо? – выдохнул он.
– Почему нет? Дайте десять тысяч на банду, мой господин, может, худший победит.
Стрелец подошел посовещаться со своими. Они отошли в дальний угол, но их шепот доносился и оттуда. Никто никому не доверял.
– Бо? – каркнул Вассайл.
– Мой господин?
– Что ты задумал теперь?
Оуку тоже хотелось бы знать, и Аркелл почти скрежетал зубами.
– Я?
– Не отпирайся. Скажи мне.
Бо вздохнул:
– Когда мы вчера переезжали из Западного крыла в Чужеземный квартал, мой господин, ваша шляпная коробка из красного шелка нечаянно осталась там.
– Разве ты не знаешь, что у меня нет такой коробки?
– Не имеет значения. Она пуста, за исключением секретной вещицы, которую наверняка нашли шпионы старшего боярина после нашего отъезда. Конечно, у воеводы есть свои шпионы в Канцелярии, поэтому он узнал новости и решил уехать из города до того, как вернется царь. Бумаги, открывающие эту тайну, написаны царевичем Федором. Они говорят, что стрелец вступил в заговор с вами, чтобы низвергнуть его отца. Ужас! Одна из записок впутала Его Низость в государственную измену. Царь Игорь, без сомнений, захочет поговорить с ним.
Вассайл начал задыхаться и стал почти багрового цвета.
– Ты сделал меня шпионом? Духи! Игорь отправит за нами целую армию!
Даже Аркелл пришел в ужас.
– Ты втянул своего подопечного в заговор и подверг опасности? Зачем?
– Зачем? – Бо выглядел невинным как агнец. – Разве это не очевидно, брат? Ни один из документов сам по себе ничего не значит. Они должны быть только вместе. Обещаю, Скуратов и остальные не будут искать нас несколько дней.
– Но что будет с сэром Диксоном и оставшимися? Их арестуют и подвергнут пыткам?
– Вздор! – бесстрастно возразил Бо. – Игорь все просмотрит, когда вернется. Он знает, что Федор не станет писать письма человеку, с которым встречается практически каждый день в течение нескольких месяцев. Он вообще едва умеет писать. Моя подделка очень сомнительная.
– Но Вяземский знает, что невиновен!
– Невиновен? – недоверчиво переспросил Бо. – Кошмар, который он причинил в своей жизни, страшнее всего, когда-либо изобретенного преступниками. Он запаниковал и убежал, когда услышал, что под подозрением. Почему? Случай, собравший нас здесь, может оказаться удачей.
– Сомневаюсь, – заметил Оук.
– А что насчет Федора? – спросил Аркелл. – Он узнает об этом?
– Уверен, – радостно ответил Бо. – Он наследник, а вокруг наследников всегда куча подхалимов. Кто-нибудь намекнет ему.
– Ты, конечно, подкинул им кое-что, о чем стоит подумать, – заметил Аркелл.
К всеобщему удивлению, он рассмеялся. Потом усмехнулся Вассайл. Оук тоже поддержал их.
Наступила ночь. В зале стало почти темно, в огонь следовало подбросить поленьев. Кто сделает это – один Клинок или трое стрельцов?
Дверь хлопнула, впустив хлопья снега и туман и группу мужчин, обменивавшихся непристойностями. Они отряхивались и шумели. Закрыли дверь. Знаки отличия были залеплены снегом. Помещение оказалось набито народом, причем чужаков было намного больше. Оук узнал замогильное рычание царевича Федора.