Утраченный идеал
Вовремя вспомнив, что она еще не сделала реверанс, Таша поклонилась и сказала:
– Ну как, сестра, тебе понравилась моя свадьба?
– Она чудесна. И ты тоже. Ты заставила быстрее колотиться все мужские сердца в зале. – Софья обняла ее... задержала на мгновение, изучающе глядя на нее. – Я пришла просто сказать тебе это и пожелать спокойной ночи.
– Все?
– Думаю, лучше бы все. Зайди ко мне утром. – Софья всем улыбнулась. – Вы писаные красавицы, все!
И вышла, но Таша уже достаточно протрезвела, чтобы понять – что-то осталось недосказанным. Скорее всего не очень хорошие новости.
6
Сани мчались по улицам Кинска, звеня колокольчиками. Низкое утреннее солнце окрасило небо в молочный цвет. Воздух щипал нос. Закутанный в меха Оук торопился. Четыре или пять месяцев зимы и два грязи и москитов, потом шивиальцы смогут уехать – пока царь не решил превратить трех Клинков в стрельцов.
Теперь Оук разделял мнение Басманова о скиррианских целителях. Они вылечили его главную, владеющую мечом, руку и раны груди, но приступы лихорадки после этого никогда не случились бы в Шивиале. Целители не справились с плечом Оука, поврежденным псом, и он сомневался, что когда-нибудь в будущем сможет пользоваться рукой. Все же одна рука лучше, чем ни одной. А вернуться к подопечному – огромная радость.
Оука останавливали у ворот Верхнего города и у царского дворца. Оба раза его пропустили, когда он показал пропуск. Никто не удивился, что мертвый вернулся. Он прошел по высоким коридорам, сквозь дверные проемы и прибыл в Западное крыло.
Перси впустил его с радостью, как будто увидел потерянную овцу. По-видимому, овца опоздала – Вассайл сидел на стуле во внутреннем зале. Бо, Аркелл и Динвидди стояли вокруг. Все с сияющими лицами.
– Сэр Оук! – громыхнул Вассайл. – Добро пожаловать назад, парень! Мы все соскучились без тебя!
Оук поклонился, как мог.
– Рад вернуться, мой господин!
– Как я понимаю; ты здоров?
– Да, мой господин. – Ему не понравился нездоровый вид подопечного – лицо красное и одутловатое, он слышал хрип его легких. – Вчера, как я слышал, вы были привлекательным женихом.
Вассайл хихикнул:
– Надеюсь, да! Его величество будет в восторге, когда увидит свою молодую очаровательную невесту. Да, церемония прошла с огромным успехом. Давайте вернемся к нашему вопросу, капитан.
Он поднялся и двинулся к двери, опираясь на трость.
Аркелл последовал за ним, покраснев, потом советник, выглядевший как после морской болезни, Бо, как всегда, Радостно улыбаясь.
– Его светлости назначили аудиенцию. Мы решили открыто противостоять волку в его норе.
– У волков нет бороды, – возразил Оук.
– У этого есть. Пойми, наше преимущество в том, что Царь ценит торговлю с Шивиалем и жаждет видеть свою пленницу королевой. Он мечтает, чтобы Скиррию признали Частью Эйрании, а его великим и цивилизованным монархом.
– И что?
– То, что ты – свидетель его преступлений, варварства Поэтому попытайся стать невидимкой, пока не понадобишься. Не удивляйся ничему, что скажет подопечный.
Ангельски улыбаясь, Бо вышел.
Оставаться невидимкой – не очень сложная задача когда все закутаны в меха до самых глаз. Оук немного колебался, когда посол и делегация вошли в Колонный зал из боковой двери; герольды проводили их к центру, Десятки огромных колонн, ни одна не похожа на другую, без сомнения, являлись произведениями искусства и в то же время позволяли спрятаться. Оук поймал взгляд царя, восседавшего на троне с гигантским псом Василием у ног. Несколько несчастных, вызвавших гнев монарха, стояли на коленях перед троном. Высокие чиновники притаились поблизости. В темных углах, словно тараканы, прятались стрельцы.
Послу не пришлось долго ждать. Герольды вызвали его. Старик прошел вперед вместе с советником, Бо и Аркеллом. Оук встал за ближайшей колонной, опустив руку, чтобы дать плечу отдохнуть. Отсюда он не видел царя и Вассайла, но все отлично слышал и мог наблюдать за Бо.
Стрельцы вышли из-за передних столбов и направились к нему. Вскоре к ним присоединились еще несколько. Оук почувствовал себя польщенным подобным проявлением испуга царя, отгородившегося целой армией от одного Клинка.
Игорь резко порвал с формальностями.
– И что у вас такое безотлагательное и секретное, что не может подождать?
Вассайл произнес наигранно-веселым тоном:
– Вчерашняя брачная церемония завершила мою миссию, сир. Значит, теперь я могу объединиться с эскортом королевы Таши и возвратиться в Шивиаль. Я пришел просить...
– Надеюсь, вы не потащите всех этих особ знатного происхождения через всю Эйранию в такое время года?
– Конечно, нет, ваше величество. Но я хочу собрать всю свиту под одной крышей. Квартиры, великодушно предоставленные нам в городе, более подходящий для этого.
– Вам не нравится наш дом? – сердито крякнул Игорь. Голос Вассайла оставался спокойным, но легко было представить, чего это ему стоило.
– Я беспокоюсь о безопасности, всем вместе нам будет удобнее. Ее величество ожидает, что все подаренные ей сокровища будут перевезены...
Если так посол назвал царя вором, то это было недостаточно дипломатично.
– Безопасность?! – взревел он. – Удобнее?
Оук и без кивка Бо понял, что от него требуется. Он вышел из-за колонны и встал за спиной подопечного. Фраза Игоря застряла у того в горле. Пес вскочил, ощетинился, потом залаял. Оук, вздрогнув, потянулся к мечу. Царь приказал чудовищу сесть, но не смог отвести глаз от Клинка. Бо вспомнил, что скиррианцы суеверны. А что, если Игорь объявит Оука восставшим трупом и прикажет повесить или сжечь?
Придворные в недоумении уставились на испуганного царя. Царицы и царевича не было. Воевода Вяземский скрывался где-то в тени.
– Нужны какие-то детали, ваше величество? – спросил Вассайл.
– Убирайтесь! Идите!
– Может, сначала обсудим свадебные дары и распорядимся об их упаковке,..
– Убирайтесь прочь! – заорал Игорь, вскакивая. Василий снова залаял.
Бояре пришли в ужас. Вассайл ухмылялся, будто подобное поведение было обычным для монарха.