Достояние леди
Ресторан «Ректор» был любимым местом встреч всех звезд нью-йоркского шоу-бизнеса – Фло Зигфельду это заведение во многом заменяло родной дом. Когда в сопровождении Элизы и Мисси Зигфельд появился на пороге обитого плюшем обеденного зала, метрдотель радостно улыбнулся ему как старому знакомому и повел к лучшему столику. Флоренц представил метру Элизу и Верити – тот учтиво поклонился каждой из дам и поцеловал руки.
– Да-да, конечно, – произнес он, – я уже читал о вас в газетах, мисс Верити. Вам прочат будущее звезды бродвейских шоу.
– Похоже, не вы один читали об этой красавице, – заметил Зигфельд, обводя взглядом сидевших за столиками завсегдатаев. Словно по команде они отложили ножи и вилки и повернулись к Мисси.
– Принесите, пожалуйста, икры! – громким голосом произнес Зигфельд. – Гулять так гулять!
– Простите, мистер Зигфельд, можно к вам обратиться? – к их столику подбежал проворный молодой человек с блокнотом в руках. – Я Дэн Джеймс, корреспондент «Дейли Стар». Если не ошибаюсь, эта юная леди – мисс Верити, новая манекенщица мадам Элизы?
– Ее бывшая манекенщица – моя новая звезда, – с важным видом произнес Зигфельд. – Можете сообщить об этом вашим читателям, мистер Джеймс – пусть приходят полюбоваться на нее в мой театр. Мисс Верити стоит того, чтобы раскошелиться на билет!
– Разумеется, стоит, мистер Зигфельд, благодарю вас, сэр, за цепную информацию. – Джеймс поклонился Верити и пожал ей руку: – Рад был с вами познакомиться, мисс Верити.
– Вот видите, – произнес Зигфельд, обводя рукой зал, – все уже обратили на вас внимание. Посмотрите на того парня у окна – это Тим Уэллс из «Варьете». Ставлю десять долларов – он прибежит сюда следующим. Та девица, которая сидит рядом с ним – Салли Вайн из шоу Шуберта. Но кто она по сравнению с вами?! Вы уже стали звездой, Верити. Завтра же во всех газетах будут опубликованы целые статьи о вас.
Мисси стоило немалых трудов сохранять спокойствие. Действительно, взгляды всех присутствующих были устремлены на нее. Может быть, немаловажную роль в этом головокружительном внимании сыграл и этот кремовый костюм. Мисси чувствовала, что он очень ей к лицу.
Интересно, подумала Мисси, отпивая из высокого стакана апельсиновый сок, каково будет выступать на сцене? Наверное, там будет даже спокойнее – ведь в зале темно, и она не сможет видеть все эти нескромные взгляды.
Официант принес жареного цыпленка под спаржевым соусом – Зигфельд заказал это блюдо специально для Мисси.
– Немедленно унесите это! – воскликнула мадам Элиза, отчаянно размахивая руками. – Девушка должна заботиться о своей фигуре. – Она бросила на Зигфельда взгляд, полный укоризны. Потом, повернувшись к официанту, Элиза велела ему принести салат из свежей зелени и крохотный кусочек телятины – разумеется, без соуса.
– Но… – пыталась было возразить Верити, но тщетно– цыпленок исчез.
Раньше ей приходилось голодать от бедности. Неужели теперь ей снова придется отказывать себе даже в таких маленьких удовольствиях? Да еще при таких доходах.
– А можно, я отнесу этого цыпленка Азали? – спросила она, краснея, и тут же пожалела о сказанном. Увы, было уже поздно. Теперь придется рассказывать этим людям, кто такая Азали.
– Азали? – с интересом спросил Зигфельд. – Это ваша подружка, не так ли? А что, она такая же красавица, как вы? Если да, то приводите ее ко мне – я подыщу для нее работу.
– Азали… – неуверенно проговорила Мисси. – Это… это моя сестренка. С тех пор как умерли наши родители, я присматриваю за ней. Конечно, она красавица, только, боюсь, ей еще рано выступать в вашем шоу, мистер Зигфельд – ей ведь всего пять лет.
Зигфельд и Элиза рассмеялись, а Мисси облегченно вздохнула: наконец-то ей удалось выдумать правдоподобную версию. Азали в мгновение ока превратилась из ее «дочери» в ее «сестренку». Слава Богу! – подумала Мисси. Теперь все проблемы отпали сами собой. Она уже не подозрительная «молодая вдова», а достойная всякого уважения «старшая сестра». С радостью Мисси набросилась на салат, с трудом удерживаясь от того, чтобы заказать десерт. В присутствии бдительной Элизы этот номер у нее все равно бы не прошел.
Когда они направлялись к выходу, официант протянул ей небольшой, аккуратно упакованный сверток:
– Это для Азали, – пояснил Зигфельд. – Пускай девочка порадуется.
– Когда ты выступаешь в полупрозрачной одежде, – инструктировала ее Элиза на пути из ресторана, – речь идет не просто о лишних фунтах. Ты не имеешь права ни на одну лишнюю унцию! Да, конечно, есть среди этих артисток и весьма пышные девочки, но пойми – это не твой стиль!
– Завтра же мы приступим к разработке твоего нового гардероба, – проговорила Элиза, усаживаясь рядом с Мисси на заднее сиденье роскошного пурпурного лимузина. – Мы тебя оденем с ног до головы. А сейчас поговорим о твоей новой квартире. У меня есть кое-какие соображения на этот счет.
– Но, мадам, – возразила Мисси, – у меня ведь нет денег – как же я могу думать о новой квартире?
– Можешь не беспокоиться, Зигфельд будет исправно платить тебе по двести долларов в неделю. Это вполне приличная сумма. Есть у меня на примете одна квартирка на Сорок Третьей стрит. С одной стороны, это не так уж далеко от театра, с другой – не так уж и близко, так что у тебя есть шансы спрятаться от назойливых поклонников.
– Ты ничего не говорила мне о своей сестренке, – с укором продолжила Элиза. – Я-то думала, ты живешь одна-одинешенька в своей комнатке в Нижнем Ист-Сайде. Но теперь, когда ты стала звездой, тебе необходимо перебраться ближе к центру. Я поговорю с Зигфельдом – он даст тебе аванс. Впрочем, зачем откладывать дело в долгий ящик? Поедем посмотреть квартиру прямо сейчас!
Квартира располагалась на четвертом этаже, как и комнатка на Ривингтон-стрит – на этом сходство обеих квартир заканчивалось.
Мисси в восторге пробежалась по просторным, роскошно обставленным комнатам.
– Какая гостиная! – воскликнула она. – Как много света! А какая мебель—диваны, стеклянные столики, мягкие ковры, даже картины на стенах! А эта столовая… С ума можно сойти– мраморный пол! А какие очаровательные спальни – как раз две, для меня и Азали! И ванная… Настоящая ванная! А кухня…