Античная драма

Ода
Первое полухорие
 
 
Муза, забудь про войну,
 
К дружку своему подойди,
 
Пропляши со мною!
 
Свадьбы бессмертных, героев пиры,
 
Игры блаженных прославь!
 
Это удел твой, Муза.
 
Если ж попросит тебя Каркин
 
С его сыновьями сплясать,
 
Не поддавайся, не верь,
 
Льстивой не слушай просьбы!
 
Все они — помни твердо — пигалицы, плясуны-головастики,
 
Карлики, козий помет, мастера на дурацкие штуки.
 
Сам их родитель признался, что вечером
 
Драму, рожденную в муках,
 
Утащила кошка.
 
 
Антода
Второе полухорие
 
 
Пышноволосых Харит
 
Заветную песнь заведет песенник искусный.
 
Пусть он споет нам весною, когда
 
Ласточка лепит гнездо
 
И Морсима не слышно.
 
Да и Меланфий тогда молчит. [244]
 
Как мерзок мне голос его!
 
В хоре трагическом шел
 
Он и почтенный братец,
 
Оба с Горгоньим зубом,
 
Лакомки, гарпии, жрущие камбалу,
 
Хахали гнусных старух, как козлы, оба брата вонючи.
 
В рожу густою им плюнь блевотиною,
 
Муза-богиня! Со мною
 
В пляс пустись веселый!
 
 
  
ЭПИСОДИЙ ТРЕТИЙ
 
Тригей со своими спутницами спускается «на землю» и появляется у ворот своего дома.
Тригей
(зрителям)
 
 
Не шутка прямиком к богам направиться!
 
Признаться вам, колени ломит здорово!
 
Малюсенькими сверху вы казались мне.
 
С небес взглянуть — вы подленькими кажетесь,
 
Взглянуть с земли — вы подлецы изрядные.
 
 
Раб Тригея выбегает ему навстречу.
Раб
 
 
Мой господин вернулся?
 
 
Тригей
 
 
Говорят, что да.
 
 
Раб
 
 
А что с тобою было?
 
 
Тригей
 
 
Ноги долгий путь
 
Перестрадали.
 
 
Раб
 
 
Расскажи нам!
 
 
Тригей
 
 
Что сказать?
 
 
Раб
 
 
Истрепал ли ты, чтоб кто-нибудь другой, как ты,
 
По небесам шатался?
 
 
Тригей
 
 
Нет. Блуждали там:
 
Две-три души певцов дифирамбических.
 
 
Раб
 
 
А для чего?
 
 
Тригей
 
 
Запевки крали в воздухе
 
Весенне-вейно-мглисто-серебристые.
 
 
Раб
 
 
Скажи, а правду говорят, что на небе,
 
Когда умрем, становимся мы звездами?
 
 
Тригей
 
 
Не правда!
 
 
Раб
 
 
Кто же там звездою сделался?
 
 
Тригей
 
 
Хиосец Ион. [245] Воспевал и прежде он
 
«Звезду-денницу». Как скончался, на небе
 
Его прозвали нее «Звездою утренней».
 
 
Раб
 
 
А это что за звезды? Полосой огня
 
Они скользят по небу.
 
 
Тригей
 
 
Возвращаются
 
От богача-звезды с пирушки звездочки
 
С фонариками, и огонь в фонариках.
 
 
(Рабу, указывая на Жатву.)
 
 
Теперь вот эту проводи скорее в дом!
 
Ополосни лоханку, вскипяти воды
 
И постели для нас ты ложе брачное,
 
А выполнив приказ мой, возвратись сюда!
 
А я в Совет вот эту провожу сейчас.
 
 
(Показывает на Ярмарку.)
Раб
 
 
Где ты достал девчонок?
 
 
Тригей
 
 
Где же? На небе.
 
 
Раб
 
 
Не дам я и полушки за богов теперь:
 
Они, как мы здесь, сводниками сделались.
 
 
Тригей
 
 
Да, кое-кто живет и в небе с этого. Пойдем теперь.
 
 
Раб
 
 
Скажи лишь, чем кормить ее
 
Мы будем?
 
 
Тригей
 
 
Да ничем. Не станет есть она
 
Ни толокна, ни хлеба. У богов вверху
 
Она лизать амвросию приучена.
 
 
Раб
 
 
Что ж, полизать найдется для нее и здесь.
 
 
Раб уводит Жатву в дом.
Строфа 3
Первое полухорие
 
 
Сомнения нет у нас.
 
Дела старика теперь
 
Идут превосходно.
 
 
Тригей
 
 
А скоро женихом меня увидите блестящим!
 
 
Первое полухорие
 
 
Завидуем мы, старик,
 
Ты юность вернул себе,
 
Ты лоснишься маслом!
 
 
Тригей
 
 
Еще бы! А когда к груди прижму красотку Жатву?
 
 
Корифей
 
 
Блаженней будешь ты тогда, чем плясуны Каркина!
 
 
Тригей
 
 
И по заслугам. Это я Жука-навозника взнуздал,
 
Спасенье эллинам принес,
 
Чтоб все могли по деревням,
 
Не зная страхов, по ночам
 
И спать и забавляться.