Трагедии. Сонеты

 Входят Призрак и Гамлет. 
 Гамлет 
 
 
Куда ведешь? Я дальше не пойду.
 
 
 Призрак 
 
 
Следи за мной.
 
 
 Гамлет 
 
 
Слежу.
 
 
 Призрак 
 
 
Настал тот час,
 
Когда я должен пламени геенны
 
Предать себя на муку.
 
 
 Гамлет 
 
 
Бедный дух!
 
 
 Призрак 
 
 
Не сожалей, но вверься всей душою
 
И выслушай.
 
 
 Гамлет 
 
 
Внимать тебе мой долг.
 
 
 Призрак 
 
 
И отомстить, когда ты все услышишь.
 
 
 Гамлет 
 
 
Что?
 
 
 Призрак 
 
 
Я дух родного твоего отца,
 
На некий срок скитаться осужденный
 
Ночной порой, а днем гореть в огне,
 
Пока мои земные окаянства
 
Не выгорят дотла. Мне не дано
 
Касаться тайн моей тюрьмы. Иначе б
 
От слов легчайших повести моей
 
Зашлась душа твоя и кровь застыла.
 
Глаза, как звезды, вышли из орбит
 
И кудри отделились друг от друга,
 
Поднявши дыбом каждый волосок,
 
Как иглы на взбешенном дикобразе.
 
Но вечность — звук не для земных ушей.
 
О слушай, слушай, слушай! Если только
 
Ты впрямь любил когда-нибудь отца…
 
 
 Гамлет 
 
 
О боже мой!
 
 
 Призрак 
 
 
Отмсти за подлое его убийство.
 
 
 Гамлет 
 
 
Убийство?
 
 
 Призрак 
 
 
Да, убийство из убийств,
 
Как ни бесчеловечны все убийства.
 
 
 Гамлет 
 
 
Рассказывай, чтоб я на крыльях мог
 
Со скоростью мечты и страстной мысли
 
Пуститься к мести.
 
 
 Призрак 
 
 
Вижу, ты готов.
 
И кто б ты был? — Болотной сонной ряской
 
В стоячих водах Леты, если б тут
 
Не всколыхнулся. Значит, слушай, Гамлет.
 
Объявлено, что спящего в саду
 
Меня змея ужалила. Датчане
 
Бесстыдной басней введены в обман.
 
Ты должен знать, мой мальчик благородный,
 
Змея — убийца твоего отца —
 
В его короне.
 
 
 Гамлет 
 
 
О мои прозренья!
 
Мой дядя?
 
 
 Призрак 
 
 
Да.
 
Кровосмеситель и прелюбодей,
 
Врожденным даром хитрости и лести
 
(Будь прокляты дары, когда от них
 
Такой соблазн!) увлекший королеву
 
К постыдному сожительству с собой.
 
Какое здесь паденье было, Гамлет!
 
От возвышающей моей любви,
 
Все годы шедшей об руку с обетом,
 
Ей данным при венчанье, — к существу,
 
Чьи качества природные ничтожны
 
Перед моими!
 
Но так же, как не дрогнет добродетель,
 
Каких бы чар ни напускал разврат,
 
Так похоть даже в ангельских объятьях
 
Пресытится блаженством и начнет
 
Жрать падаль.
 
Но тише! Ветром утренним пахнуло.
 
Потороплюсь. Когда я спал в саду
 
В свое послеобеденное время,
 
В мой уголок прокрался дядя твой
 
С проклятым соком белены во фляге
 
И влил в притвор моих ушей настой,
 
Чье действие в таком раздоре с кровью,
 
Что мигом обегает, словно ртуть,
 
Все внутренние переходы тела,
 
Створаживая кровь, как молоко,
 
С которым каплю уксуса смешали.
 
Так было и со мной. Сплошной лишай
 
Покрыл мгновенно пакостной и гнойной
 
Коростою, как Лазарю  [29], кругом
 
Всю кожу мне.
 
Так был рукою брата я во сне
 
Лишен короны, жизни, королевы;
 
Так был подрезан в цвете грешных дней,
 
Не причащен и миром не помазан;
 
Так послан второпях на Страшный суд
 
Со всеми преступленьями на шее.
 
О ужас, ужас, ужас! Если ты
 
Не обделен природой, не потворствуй.
 
Не дай постели датских королей
 
Служить кровосмешенью и распутству.
 
Однако, как бы ни сложилась месть,
 
Не оскверняй души, и умышленьем
 
Не посягай на мать. Судья ей бог
 
И совести глубокие уколы.
 
Теперь прощай. Пора. Смотри, светляк,
 
Встречая утро, убавляет пламя.
 
Прощай, прощай и помни обо мне.
 
 
 (Уходит.) 
 Гамлет 
 
 
О небо! О земля! Кого в придачу?
 
Быть может, ад? Стой, сердце! Сердце, стой!
 
Не подгибайтесь подо мною, ноги!
 
Держитесь прямо! Помнить о тебе?
 
Да, бедный дух, пока есть память в шаре
 
Разбитом этом. Помнить о тебе?
 
Я с памятной доски сотру все знаки
 
Чувствительности, все слова из книг,
 
Все образы, всех былей отпечатки,
 
Что с детства наблюденье занесло,
 
И лишь твоим единственным веленьем
 
Весь том, всю книгу мозга испишу
 
Без низкой смеси. Да, как перед богом!
 
О женщина-злодейка! О подлец!
 
О низость, низость с низкою улыбкой!
 
Где грифель мой, я это запишу,
 
Что можно улыбаться, улыбаться
 
И быть мерзавцем. Если не везде,
 
То, достоверно, в Дании.