Миг удачи
Ну, так далеко я не заходила, — фыркнула Карен.
В нашу первую ночь ты явно волновалась.
Но разогнал ли я твои страхи? — улыбнулся муж краем губ.
Карен повернулась на бок. Усталое тело ныло: до чего приятно было устроиться поудобнее!
Если уж прибегать к сравнениям, — прошептала она, — ты походил на роскошного тигра, гибкого, сильного и очень-очень добродушного…
Да, и теперь снова настала моя очередь быть сильным, — ласково сказал он. — А тебе пора спать, потому что я останусь тут до утра, чтобы с рассветом полюбоваться на наших двойняшек.
Ох, нет!
Я так хочу, родная моя… Знаешь, а я ведь в одном не ошибся.
А именно?
Я подозревал, что ты — прирожденная мать!
— Ну да, вопреки всем ожиданиям… Мне самой с трудом в это верится, — тихо рассмеялась Карен.
Майлз ничего не ответил, и спустя несколько минут ровное дыхание жены подсказало ему, что она уснула. Однако он продолжал ласково поглаживать ее волосы, приговаривая, как ей необходим заслуженный отдых. А мысли его были тем временем далеко. Майлз вспоминал их первую встречу — хладнокровного, опытного адвоката в своем офисе — и сравнивал этот образ с новой, преобразившейся Карен. Нежная, любящая, удивительная женщина, ставшая матерью его детей, принадлежала ему — всецело и навечно!
С рассветом Карен проснулась и обнаружила, что муж уснул, сидя в кресле. Она не стала его будить. Как завороженная она любовалась спящим, не замечая, хода времени. Голова свесилась на грудь, руки сцеплены на коленях… На скулах пролегли синие тени, рыжеватые волосы в беспорядке упали на лоб.
Майлз выглядел моложе своих лет и на удивление беззащитным. Сердце Карен дрогнуло от неизъяснимой нежности к мужу — ничего подобного ей еще не доводилось испытывать. Этот человек прошел сквозь кошмар неудачного брака, разогнал демонов недоверия — наследие, доставшееся от Линды, — и пришел-таки к ней.
Тут ресницы его дрогнули, Майлз поднял голову, недоуменно огляделся по сторонам. Но вот взгляд его упал на жену, и в дымчато-серых глазах отразилось неизъяснимое облегчение.
Карен! Как ты себя чувствуешь?
Превосходно и люблю тебя до безумия.
А я тебя — еще больше. Я…
Но тут в палату вошла медсестра с двумя свертками в руках, откуда раздавались недовольные вопли.