Во имя Чести (СИ)
Этот ночной кошмар, повторяясь, преследовал меня целых две недели. К его концу я бы, наверное, согласилась на что угодно в любом формате, лишь бы меня оставили в покое, однако в этом самом конце меня поджидал сюрприз.
Пройдя через все круги предсвадебной подготовки, я умудрилась выжить, остаться в своём уме, в привычном теле и, что самое удивительное, оказалась счастливой обладательницей наряда, который не вызывал у меня нареканий и при этом чудесным образом не являлся комплектом формы. Более того, меня не перекрасили, не изменили мою любимую причёску (на которую, к слову, при создании давали пожизненную гарантию: волосы росли исключительно нужного цвета и в нужных местах), да и вообще из зеркала на меня на контрольной примерке смотрела я. Немного облагороженная, но — точно я.
Простое и изящное платье греческого силуэта из строгого белого шифона и переливчато-радужной органзы, аккуратная фата, скромный минимум серебристо-жемчужных украшений, удобные босоножки на невысоком каблуке. Ну, и на кружевное бельё я согласилась без возражений: надо же, чёрт побери, хоть немного побаловать моего дорийца! За самоотверженность и героизм, что связался с нашей семейкой.
— Ого, — раздался от входа папин возглас. Наш отец семейства стоял в дверном проёме, привалившись плечом к дверному косяку и скрестив руки на груди, и с интересом разглядывал стоящую на низкой табуреточке меня и почти бесцельно суетящуюся вокруг маму. — Лесь, а у нас получилась красивая дочь!
— Ты только заметил? — возмущённо фыркнула матушка.
— Ну, она умело это скрывает. В смысле, не то, что она красивая, а то, что она дочь, — рассмеялся он.
— Да ну вас, — надулась я. — Ты поиздеваться пришёл, или как?
— Поиздеваться я всегда готов, а так вообще по делу, — хмыкнул папа. — Новость у меня, только я никак не могу понять, хорошая она или плохая. Семён приехать не сможет, так что расслабься, твой самый страшный кошмар не сбудется.
— Надеюсь, всё хорошо? — всполошилась мама.
— Да, конечно. Просто служба, — пожал плечами он. — Он там надолго завяз; боюсь, скоро мы его не увидим, — отец насмешливо хмыкнул.
— Где — там? — настороженно уточнила она.
— Лесь, я могу соврать тебе что-нибудь удобоваримое, но не буду. Ты умная женщина, придумай что-нибудь сама, ладно?
— Как вы меня утомили уже со своими военными тайнами! — раздражённо проворчала мама. — Ты куда младшего дел?
— У нас мальчишник. Перед свадьбой, — ехидно ухмыльнулся он. — Да не волнуйся, с ним Инг сидит. Поразительно серьёзный и ответственный парень; даже странно, как эти двое умудрились сойтись.
— На себя посмотри, — хмыкнула я.
— Хм. Уела, твоя правда, — он развёл руками. — Ладно, пойду, обрадую парня, что его завтра ждёт приятный сюрприз.
Назавтра всё прошло очень мило и мирно. Наверное, потому что Семёна не было, и некому было превратить тихое семейное торжество в балаган. Лёгкий элемент безумия внесли только отец с поддержкой Ивана, но у них, в отличие от нашего недобитого разведчика, помимо чувства юмора имелось и чувство меры.
А самым смешным в этом мероприятии оказался тот факт, что в моей жизни ровным счётом ничего не изменилось. Ну, в самом деле, смысл было мучиться? Как летали на одном корабле и жили в одной каюте, так и остались. Куда деваться-то, у обоих в любом случае контракт ещё на семь лет. А потом… до этого «потом» ещё дожить надо было.