Однажды летом в Италии
По возможности Маттео проводил все свободное время с семьей, иногда даже жертвуя работой.
Приближалось Рождество, и сердце Холли переполняла радость при мысли, что они проведут его вместе. Но ей не давала покоя странная мысль. Однажды вечером Маттео с любопытством взглянул на нее и спросил:
— О чем ты думаешь?
— Мне в голову пришла странная идея.
— Поделись со мной.
— Тебе она может не понравиться.
Он улыбнулся.
— Попробуй.
— Хорошо. Я подумала, что больше всего мне жаль Алека Мартина.
— Любовника Кэрол? Человека, который хотел украсть у меня дочь?
— Да, но…
— Но у него ничего не вышло. Она моя.
— Она была с тобой всю свою жизнь. Лиза видела своего настоящего отца всего один раз, в поезде, и он не понравился ей.
Маттео кивнул.
— Кэрол обошлась с ним еще хуже, чем со мной. Все это время у него была маленькая дочурка, а он и не знал.
— Она любит тебя, как отца, — заметила Холли.
— Да, и это меня она обнимает и целует перед сном. Я думал, что Алек отнял у меня мою девочку, но на самом деле все как раз наоборот.
Они не возвращались к этой теме два дня, а потом Маттео сообщил:
— Мне нужно кое-куда поехать. Поедешь со мной? — В машине он объяснил: — Потребовалось время, чтобы узнать, где он захоронен, но теперь я нашел его. Боялся, что его могли увезти обратно в Англию, но у него, видимо, не было близких родственников.
Сельское кладбище производило унылое впечатление. Здесь не было красивых памятников, только маленькие плиты, которые жались друг к другу. Наконец они нашли плиту Алека Мартина.
— Ему было всего тридцать три года, когда он умер, — заметил Маттео. — Он потратил всю свою взрослую жизнь на то, чтобы заработать денег и забрать у меня мою семью. Теперь у него нет ничего. Я ненавидел его, но никогда раньше не задумывался о том, как сильно, должно быть, он ненавидел меня.
Маттео помолчал, а потом, глядя на могилу, заговорил:
— Я пришел сегодня сюда… — Он запнулся, потом поднял голову. — Я пришел поблагодарить тебя за нашу дочь и пообещать, что всегда буду заботиться о ней. Даю тебе слово.
Он взял Холли под руку и повел в сторону машины. Воздух был холодным от мороза, наступали сумерки, но сквозь деревья они видели огни пригорода Рима, зовущие их туда, где были тепло, надежда и новая жизнь. Не доходя до машины, Маттео остановился и промолвил:
— Если бы не ты, я никогда не был бы так счастлив. Обещай, что останешься со мной навсегда.
— Я останусь — навсегда.
Он нежно поцеловал ее.
— Поехали домой.