Музыка теней

Они полежали какое-то время молча, потом Габриела спросила:
– Тебе понравился отец?
– Я еще недостаточно знаю его, чтобы сказать наверняка. Он был неприветлив, поскольку заметил царапины на твоем лице и руках. Но когда узнал, что это дело рук Косуолда, стал относиться ко мне гораздо лучше.
– Близнецы сегодня забрались ко мне в сундук.
Кольм рассмеялся:
– Им любопытно…
– Нужно снять крышку. Я боюсь, она может упасть, если они полезут снова.
– На днях я свожу тебя к Бьюкененам. Проведаешь свою родственницу. Можно будет взять Итана и Тома с собой и забыть их там.
– Ты не бросишь их. Я знаю. Да… Итан разбил одну из статуй.
Кольм зевнул.
– И что?
– Внутри оказалось золото.
– Что оказалось внутри?
– Золото, – прошептала Габриела. – Статуя была набита золотом. Я разбила вторую, и в ней тоже золото.
Его реакция была похожей на ее.
– Значит, сокровища все-таки не вымысел.
Габриела рассказала ему историю, которую столько раз слышала от матери.
– Теперь я понимаю, каким умным был король Тренье, – сказала Габриела. – Он знал, что его подданных могут убить, и переименовал страну, назвав ее именем святого, собрал дань и оговоренную часть золота отправил папе. Таким образом он оградил подданных от насилия со стороны крестоносцев, ведь напасть на жителей королевства отныне означало пойти против воли папы.
– Но зачем он все это время прятал золото?
– Король понимал, что огромные богатства вызовут зависть соседей и алчность самих граждан.
– Деньги портят людей.
– Это верно.
Кольм улыбнулся:
– Да, умно было защитить страну с помощью своего святого.
– Это еще не все. Я спросила у отца, и он подтвердил мои догадки. Нет никакого святого Била.
Последовала долгая пауза, после которой пораженный Кольм спросил:
– Он выдумал святого?
– Он спас своих подданных. Но что скажут отцы церкви, когда узнают? Я не могу им это рассказать.
– Не можешь.
– Теперь Сент-Билом правит король Иоанн. Сокровищ он не получит. Однажды я расскажу своим детям о них, и пусть сами решат, что с ними делать.
Кольм рассмеялся:
– Неудивительно, что статуи никогда не ставили в церквях.
– Такова традиция.
– А установил ее король, который знал, что это богохульство.
– Пусть наши дети рассудят нас, – сказала Габриела.
– А уж я постараюсь, чтобы их было много, – сказал Кольм и привлек жену к себе.