Витязь в тигровой шкуре (иллюстрации Кобуладзе Серго)

  
Сказание тридцатое. Свадьба Автандила и Тинатины, устроенная царём арабов
 
 
 
Автандил и Тинатина
 
На высоких сели тронах —
 
Оба в мантиях пурпурных
 
И рубиновых коронах.
 
Так, своё исполнив слово
 
И печаль преодолев,
 
Самый сильный между львами,
 
Солнцу солнц достался лев.
 
 
 
И сказал им царь: «О дети!
 
Дай вам бог с великой славой,
 
В долгоденствии и мире
 
Управлять моей державой.
 
Будьте крепки вы душою,
 
Доблесть царскую храня,
 
И своими вы руками
 
Положите в гроб меня».
 
 
 
Указав на Автандила,
 
Царь сказал своей дружине:
 
«Вот ваш царь. По воле божьей
 
Здесь он царствует отныне.
 
Укрепит он наше царство
 
И врагов рассеет тьму.
 
Так же, как вы мне служили,
 
Послужите и ему».
 
 
 
И прославила дружина
 
Волю праведного неба.
 
Принесли ей из амбаров
 
Горы яств и груды хлеба,
 
Много там перекололи
 
И баранов и коров,
 
И немало каждый воин
 
Получил в тот день даров.
 
 
 
Гиацинтовые чаши,
 
И чеканная посуда,
 
И рубиновые кубки
 
Появились из-под спуда,
 
И вино из ста фонтанов
 
Там струилось до зари,
 
И гремели там цимбалы,
 
И смеялись там цари.
 
 
 
День ушёл — другой в начале.
 
Снова кубки застучали.
 
Жемчуг катится, рассыпан.
 
Свет колеблется в кристалле.
 
Дорогие ожерелья
 
Отягчают сотни тел.
 
Служит дружкой Автандилу
 
Царь индийский Тариэл.
 
 
 
И, склоняясь к Тариэлу,
 
Ростеван сказал, пируя:
 
«На твоё, владыка, солнце
 
С восхищением смотрю я.
 
Нет тебе на свете равных,
 
Нет другой такой жены.
 
Ваши славные престолы
 
Выше всех стоять должны».
 
 
 
И поставили их троны
 
В этот день на возвышенья,
 
И поднёс им царь арабов
 
Дорогие подношенья:
 
Скипетр каждому вручил он,
 
И порфиру, и венец.
 
И детей своих любимых
 
Одарил в тот день отец:
 
 
 
Дал он им рубин огромный
 
Из округи бадахшанской,
 
Восемьсот камней, снесённых
 
Некой курицей романской,
 
Светлых тысячу жемчужин
 
С голубиное яйцо
 
И табун коней отборных,
 
Шею выгнувших в кольцо.
 
 
 
И Фридону подарил он
 
Девять блюд, и в каждом блюде
 
Груда жемчуга лежала —
 
Чуть внесли их в залу люди.
 
Подарил ему он также
 
Девять избранных коней:
 
Каждый конь был ростом с гору,
 
И смолы он был черней.
 
 
 
Что ещё сказать могу я
 
О весёлом этом пире?
 
Уж таких пиров прекрасных
 
Не бывает больше в мире.
 
Тридцать дней гуляли гости,
 
Каждый весел был и пьян.
 
Так своим любимым детям
 
Справил свадьбу Ростеван.
 
 
 
Наконец сказал владыке
 
Царь индийцев: «Быть с тобою
 
Рад бы я до самой смерти,
 
Но страна моя, не скрою,
 
Ныне занята врагами,
 
И отцовский мой престол
 
Осквернил коварный недруг
 
И к забвению привёл.
 
 
 
Знанье, сила и искусство
 
Мне вернут страну родную.
 
Отпусти меня, владыка,
 
Об отчизне я тоскую!
 
С лютым недругом покончив,
 
Я вернусь к стопам твоим.
 
Будь здоров, живи счастливо,
 
Силой божией храним».
 
 
 
И ответил царь арабов:
 
«Автандил с огромным войском
 
Будет верный твой помощник
 
В том сражении геройском». —
 
«Что ты, царь! — воскликнул витязь. —
 
Как ему идти со мной!
 
Как расстаться может солнце
 
С новобрачною луной?»
 
 
 
Автандил, смеясь, ответил:
 
«Не покину в битве друга.
 
Разве воина удержит
 
Дома милая супруга?»
 
Обнялись два верных брата.
 
Смех весёлый их звучал,
 
Как осыпанный цветами
 
Звонкий свадебный кристалл.
 
 
 
Тысяч восемьдесят смелых
 
На конях предстали белых,
 
Все в доспехах хорезмийских,
 
В разных набраны пределах.
 
Братья с жёнами простились
 
И отправились в поход.
 
Ростеван с великим горем
 
Провожал их до ворот.
 
 
  
Заключение 
 
 
 
Минул долгий срок скитанья,
 
Все свершились упованья:
 
На семи индийских тронах
 
Царь воссел, забыв страданья.
 
Трубы звонкие трубили.
 
Барабан, ликуя, бил,
 
И царица там сияла,
 
Как светило из светил.
 
 
 
Целой Индии властитель,
 
Всех сокровищниц хранитель,
 
Тариэл на царском троне
 
Был могучий повелитель.
 
Так он жил до самой смерти,
 
Весел, счастлив и богат,
 
И седьмым его уделом
 
Мудро правила Асмат.
 
 
 
Верен царственным законам,
 
Укрепил он власть за троном
 
И всегда был в крепкой дружбе
 
С Автандилом и Фридоном.
 
Как огня, их враг боялся
 
И напасть на них не смел:
 
Где сражались два героя,
 
Третьим бился Тариэл.
 
 
 
Осыпая верных златом,
 
Сделал он народ богатым.
 
Сирота там не был нищим,
 
И не плакала вдова там.
 
Меч его карал виновных,
 
Всюду властвовал закон.
 
Волк с овцой там мирно пасся,
 
И овцу не трогал он.
 
 
 
И об этих властелинах,
 
Этих мудрых исполинах,
 
Кто прославлен был в походах
 
И в сражениях старинных,
 
Кто в несчастиях друг друга
 
Никогда не покидал, —
 
Месх [16] я некий, Руставели,
 
Эту повесть написал.