Давно забытая планета
СЭКОНД
Поравнявшись с наблюдательной вышкой, Скар скрутил ей руки и правую ногу за спиной и положил поперек лошади. На центральной площади их встретили радостными криками. Даже женщина, прикованная наручниками к кольцу на верхушке столба, видимо наказанная, подпрыгивала, пытаясь рассмотреть Сандру. Баба Кэти принесла молока, Скар приподнял девушку, и Сандра жадно выпила всю кружку.
— След, ты был прав, — закричал Скар. — Она как очнулась, меня увидела и говорит: «Ты самый лучший, самый хороший, не надо мне твой ошейник, я и так вся твоя.»
Сандра покраснела от досады. Скар заметил это, поднял за волосы ее голову и продемонстрировал всем пунцовую физиономию.
— Скромная. Стесняется! — оживленно загудел народ.
— А еще, знаете, что она сказала, — продолжал Скакр. — Самый сильный может всегда говорить правду. Врут только слабаки. Каково, а!
— Так его же тогда любой дурак побьет.
— Кто его побьет? Он же самый сильный.
Разгорелся спор.
— Постой, Скар, — перебил его старик на костыле. — Она тебя за эти дни пыталась обманывать?
— Вроде, нет.
— А ты, девка, действительно это сказала?
Сандра прогнулась, пытаясь взглянуть на спросившего, и стукнулась макушкой об его подбородок.
— Ты что, не веришь моему хозяину?
— Смотрите, она его защищает!
— И на самом деле отказалась от ошейника? — продолжал старик.
— Да. И вообще, Игра была нечестной. Фиг бы меня кто нашел, если бы не красная одурь. А вы еще мне руки связали. Так только трусы делают.
— Скажи еще что-нибудь умное — приказал Лось.
Сандра взглянула на Скара. Тот одобряюще кивнул.
— Гомо гомини люпус эст! — сказала Сандра.
— Древний язык! — пришел в восторг старик. — Как же это… Человек, волк…
— Человек человеку волк, — подсказала Сандра.
— Точно. Скар, хочешь дам один совет? Да нет, все равно ты так не сделаешь. Ты сейчас слеп и глух.
— Говори.
— Ты, конечно, так не сделаешь. Молодежь редко слушает стариков. Пытаются жить своим умом. Хотят сами набить шишек. Ну ладно, поступай, как хочешь. Я скажу, а ты сам решай. Ты хочешь остаться самим собой?
— Да.
— Тогда отрежь ей язык. Или голову. А ты, девка, запомни: даже самому сильному ложь сберегает силы и время.