А ЕСТЬ А

Хэнк, – прошептала она, – не знаю, смогу ли я объяснить это, но я не чувствую, что кого-нибудь предала, тебя или его.
Ты не предала.
Ее глаза казались неестественно живыми на лишенном красок лице, как будто страдание изнемогавшего тела не коснулось духа. Он заставил ее сесть и, не прикасаясь к ней, протянул руку вдоль спинки дивана, словно взяв ее под надежную защиту.
– Теперь расскажи мне, – спросил он, – где ты была?
Я не могу этого рассказать. Я дала слово держать все в тайне. Могу только сказать, что случайно оказалась в одном месте, когда потерпела аварию, и покинула это место с повязкой на глазах, и никогда не смогу найти его.
Нельзя ли восстановить твой путь туда?
Не буду и пытаться.
А тот мужчина?
Искать его я не буду.
Он остался там?
Не знаю.
Почему ты оставила его?
Не могу сказать.
Кто он?
От отчаяния она ответила иронической фразой:
– Кто такой Джон Галт?
Он удивленно взглянул на нее, но понял, что она не шутит:
– Так, значит, Джон Галт существует? – медленно спросил он.
– Да.
И расхожая фраза относится к нему? -Да.
И в ней есть особый смысл?
О да!.. Одно могу рассказать тебе о нем, потому что узнала об этом раньше, когда не была связана обещанием сохранять тайну: он тот, кто изобрел найденный нами двигатель.
Ах вот кто! – Он улыбнулся, будто так и знал. Потом тихо произнес, глядя на Дэгни почти сочувственно: – Разрушитель, не правда ли? – Увидев, что она содрогнулась, он добавил: – Нет, не отвечай сейчас, если не можешь. Думаю, я знаю, где ты была. Ты хотела спасти Квентина Дэниэльса от разрушителя, ты мчалась вслед за Дэниэльсом, когда произошло крушение, да?
– Да.
– Боже мой! Дэгни, неужели это место существует? И они все живы? Есть ли там?.. Не отвечай.
Она улыбнулась:
Оно действительно существует. Он долго молчал.
Хэнк, ты мог бы бросить «Реардэн стил»?
– Нет! – Ответ был резок и последовал незамедлительно, но Реардэн добавил, впервые с ноткой безнадежности: – Пока нет.
Потом он взглянул на нее, словно в этом переходе от одного слова к двум прошел весь тот мучительный путь, который прошла за последний месяц она.
– Понимаю, – сказал Реардэн. Он провел рукой по ее лбу – в этом жесте были понимание, сочувствие и восхищенное изумление. – Через какой же ад тебе теперь пред стоит пройти – по собственному выбору! – чуть слышно сказал он.
Она кивнула.
Она скользнула вниз и легла, положив голову ему на колени. Он гладил ее волосы и говорил:
– Мы будем драться с бандитами, сколько хватит сил. Не знаю, что нас ждет впереди, мы или победим, или убедимся, что надежды нет. Но прежде мы поборемся за наш мир. Мы последнее, что от него осталось.
Она заснула, сжимая его руку в своей. Последним, что она помнила, прежде чем покинул свой пост страж ее сознания, было ощущение огромной пустыни, пустыни в городе и на континенте, где ей никогда не найти человека, искать которого она не имела права.