План Б. Дерзаю

Казалось, будто его собственная мысль подействовала: по аэродрому пронесся рев, следом за ним — еще один звуковой удар. Это стреляло орудие «земля-воздух». Взревел второй двигатель, и охранники побежали на шум, сдергивая с плеч винтовки. Вал Кон отбросил в сторону все мысли, подхватил мешок, набрал побольше воздуха в легкие и побежал.
Он не смотрел на охранников. Он смотрел только на трап — достаточно удобный для длинных ног Нелирикка, а от него требовавший закончить пробежку прыжком, да еще с увесистым мешком…
Пуля взрыла землю в шаге перед ним. Осколки гравия разлетелись в стороны. Он подпрыгнул, ухватился за трап и услышал еще один выстрел. Но он уже карабкался вверх. Третий выстрел, четвертый. У него сорвалась рука, но он удержался, почувствовал, как мешок сползает с плеча, и отпустил его, стремительно поднимаясь выше, выше… Он упал в кабину, почувствовав, что левая нога отказывается повиноваться, но он рванулся вперед и нажал кнопку, закрывшую пуленепробиваемый фонарь.
Двигатель с ревом ожил — и самолет поехал вперед. Шан осторожно притормозил, нашел управление пушкой, поймал в перекрестие прицела броневик и нажал гашетку.
Самолет вздрогнул, автомобиль разлетелся градом осколков — и Шан убрал ногу с тормоза, позволяя самолету начать разгон. Выбранный Нелирикком самолет с икстранскими цифрами 32 на хвосте пополз вперед. Кивнув, он решил его опередить: полностью отпустил тормоз, разрешив двигателям везти самолет по взлетной полосе. А потом он начал разгонять машину и в первый же возможный момент потянул ручку на себя.
Набирая высоту, он глянул вниз и увидел, что самолет Нелирикка стремительно взлетает, а на земле царит сумятица. Над самыми кронами деревьев он выровнял машину и резко повернул ее обратно, туда, откуда только что прилетел. Включив орудия на брюхе, он расстрелял слабые, беззащитные самолеты, сидевшие на поле. Пролетев весь аэродром, он снова потянул ручку на себя — и снова увидел машину 32, которая стремительно неслась над аэродромом, превращая его в кашу.
С момента их расставания прошло уже тридцать пять минут, а третьего истребителя в воздухе не было. Шан прикусил губу, снова развернулся, пристально глядя на поле, и увидел взлетающий самолет; красивую машину с номером 03 высоко на гордом хвосте. Он ухмыльнулся. Как это похоже на Вал Кона: выбрал себе такого красавца!
На секунду Шану показалось, что прекрасная машина дрогнула, но в следующую секунду она уже устремилась прямо в небо, а потом выровнялась и легко повернула направо и понеслась над аэродромом, поливая его огнем.
«Все идет по плану, Шан, — сказал он себе, испытывая нелепое чувство облегчения. — С небольшими отклонениями. Мы все благополучно поднялись в воздух. Что бы из этого ни вышло. Лети на восток, молодой человек, и заканчивай свою работу. А потом можешь сходить с ума: я обещаю тебе такую возможность».
Он взялся за ручку и сделал поворот на восток, набирая высоту и выискивая подходящие цели.
Его ранили. В левую ногу, намного выше колена. Из раны текла кровь. Много крови. Плохо.
И теперь, когда он увидел рану, появилась и боль. Он попытался вытеснить ее из сознания, с помощью рычагов уменьшил размеры кабины до минимума и обнаружил, что сеть безопасности ему велика. А потом обнаружил, что это не имеет значения. Если бы он пристегнулся, то не дотянулся до пульта управления. Вместо этого он максимально поднял кресло пилота и опасно устроился на самом его краешке. Боль…
Процедура включения.
Он вытянулся, глубоко вздохнул и прикоснулся к первой кнопке, повторяя всю процедуру, чтобы лучше сосредоточиться.
— Проверка аккумулятора. Отключен наружный тормоз. Отключен внутренний тормоз. Часы — синхронизировать. Часы — переключить на нулевое время взлета. Включить двигатели. Внешние показатели стабильны. Внутренние — стабильны. Отключить наружный кабель.
Вал Кон сбился: боль рвала мысли. Он быстро прошел радугу, отделяя тело от сознания, и продолжил процедуру запуска.
— Выпустить закрылки, включить педаль тормоза. Запускается двигатель А. Двигатель А запущен, тяга нулевая.
Он запаздывает. Они будут беспокоиться, но он не может ускорять процедуру, потому что…
Если он ускорит процедуру, случится что-то нехорошее.
— Запускается двигатель Б. Двигатель Б запущен, тяга нулевая. Проверка часов: идет отсчет времени. Кольцевое давление пятьдесят процентов, тяга включена. Сканирование включено. Проверка вооружения. Проверка бомбовой подвески.
На земле, далеко внизу, были солдаты. Они бежали к его самолету. Он посмотрел выше — и там тоже оказался солдат: он стоял на трапе и заглядывал в фонарь,
— Убрать запал шестнадцать. Закрыть запал шестнадцать. Вынуть штырь семь.
К самолету направлялся грузовик. Он увидел в кузове орудие и стремительно закончил последние элементы запуска.
— Убрать закрылки, отключить тормоз пилота, открыть воздухозаборники, включить полную мощность.
Самолет начал движение, как и предусматривалось в процедуре запуска, набирая скорость и разбрасывая во все стороны солдат. Он поднял голову, увидел, что за фонарь все еще цепляется икстранец, а потом мгновенно забыл о нем, потому что скорость увеличилась, а справа взорвалось здание и по ветру поползли разводы ярко-оранжевого дыма.
Самолет очень быстро набирал скорость, и перегрузка ощущалась как нечто приятное — если не считать ноги… Вал Кон не сразу нашел индикатор, который сказал ему, что самолет едет уже достаточно быстро. Он с силой потянул рычаг и даже не заметил, когда солдат наконец соскользнул с фонаря.
Набирая высоту, он увидел, как поворачивает еще один самолет, и повернул направо, чтобы пролететь над аэродромом, как они и планировали.
Снизив высоту, он увидел, как взорвалось еще одно здание: яркая вспышка, а потом тяжелый черный дым, быстро начавший рассеиваться. Он включил орудия, увидел, как внизу гибнут самолеты и люди, а потом снова пошел вверх. Второй истребитель повернул, направляясь на восток, и он вспомнил, что Это тоже входило в их план. Нелирикк направится на юг. Он полетит на запад.
В соответствии с этим он сделал поворот направо.
— А!
Ему удалось не потерять сознание, и мучительная боль ушла. Потянувшись к рычагу, он увеличил подачу кислорода в кабину, надеясь, что этого хватит, чтобы его не начало клонить ко сну. И не окажется настолько много, что он опьянеет.
Наполнив легкие обогащенным воздухом, он снова потянулся к пульту и увеличил давление в кабине: это должно уменьшить кровотечение.
Самолет был дивный, поразительно послушный и устойчивый. Вал Кон воспользовался этим, чтобы убрать с ручек управления обе руки и срезать с раны остатки кожаных брюк. Потом он как мог перевязал ногу, стараясь накладывать бинт как можно туже.
  
Зона военных действий
 
— Простите, если я покажусь вам недостаточно любезной, — сказала Мири мужчине с колуном, — но мы идем дать бой противнику, и время играет важную роль. Я советую вам продолжить продвижение в тыл, чтобы вывести ваших людей из опасной зоны.
— Ваша заботливость делает вам честь, — ответил он совершенно неискренне и указал в ту сторону, где стоял его сброд, вооруженный по большей части граблями, кольями, пистолетами, кусками труб, ножами и камнями. — Как видите, мы вооружены. Мы готовы сражаться. Простите, но я смею заметить, что в вашем отряде мало людей. Мы увеличим вашу численность и повысим вероятность успеха.
Лицо у него было мрачным и немного безумным.
— Мы стоим перед вами сейчас только потому, что уже вступали в бой, капитан, и одержали победу. У всех нас в городе остались погибшие.
Мири подумала, что это ей нужно меньше всего. Кучка психованных гражданских, не имеющих представления о дисциплине. Половина едва держится на ногах, и почти ни у кого нет нормального оружия.
Она гневно посмотрела на их предводителя, но он не дрогнул. В складке его губ было нечто, напомнившее ей Вал Кона в режиме «гори все синим пламенем». Конечно, она может идти дальше, не захватив их с собой. Но она не сможет помешать им идти следом и устроить из поля боя толкучку, которая пошлет к чертям всю дисциплину и приведет к огромному числу ненужных жертв.