Июнь 41-го. Окончательный диагноз
Ранним утром 23 июня передовой отряд 10-й тд вступил в бой с подошедшими к Радзехуву частями 11-й танковой дивизии вермахта. Это был первый танковый бой в полосе ЮЗФ — и последний бой танков 15 МК с танками противника. Бой был неравным. Немецкой танковой дивизии (правда, на тот момент к Радзехуву подошла далеко не вся дивизия) противостоял не мехкорпус, и не одна из его дивизий, а всего лишь один танковый и один стрелковый батальоны, причем танковый батальон был «третьим». Это весьма важное уточнение. По штатному расписанию танковый полк советской танковой дивизии состоял из четырех батальонов. Первый — батальон тяжелых танков (31 КВ), второй и третий — батальоны средних танков (по 51 Т-34 в каждом), четвертый — батальон огнеметных танков (27 ОТ-26 и 11 пушечных Т-26). Но так как во всей 10-й танковой дивизии было только 38 танков Т-34, третьи батальоны были вооружены главным образом легкими танками БТ с противопульным бронированием.
В докладе 10-й тд танковый бой у Радзехува описан так:
«В 5 часов 15 минут передовой отряд атакован с направления м. Стоянув танками противника (до 100 штук) [при поддержке] до двух батарей тяжелой артиллерии и до дивизиона противотанковых орудий. В 6 часов 30 минут передовой отряд был атакован другой группой танков с направления Юзефув. Одновременно противник бомбил и обстреливал из пулеметов с воздуха (5 самолетов). Передовой отряд удерживал занимаемый им рубеж до 13 часов 30 минут и, израсходовав боеприпасы, отошел на рубеж Майдан Старый (н.п. в 14 км южнее Радзехув. — М.С. ) . Уничтожено до 20 танков противника и 16 противотанковых орудий». [199] Собственные потери не указаны, но в докладе мехкорпуса названы такие цифры: «потеряно танков БТ — 20 штук, Т-34 — 6 штук, убитыми 7 человек, ранено 11 и без вести пропало 32 человека». [198]
Описание боя в ЖБД 48 ТК вермахта совпадает с этим с точностью до минут. Правда, немецкое описание более пространное и эмоциональное:
«05.30. Танковый авангард корпуса выступил в район Радзехув и севернее этого населенного пункта натолкнулся на сопротивление моторизованных частей противника, действующего при поддержке танков. Наша воздушная разведка обнаружила перемещение этих соединений из района Холоюв и юго-восточнее в направлении на Радзехув. Части корпуса оказались вовлечены в первый для него танковый бой. 15-й танковый полк, заняв исходное положение охватывающим маневром, продвигается в сторону Радзехув. Противник оказывает упорное сопротивление и контратакует, невзирая на собственные потери.
Около 12.30 первый танковый бой в основном закончен, противник с большими потерями был отброшен на юг. На поле боя находится до 30 уничтоженных танков, но и собственные потери являются существенными. Однако сами результаты выигранного танкового боя вселяют в войска уверенность и поднимают боевой дух…»
Далее, в итоговом сообщении за 23 июня:
«…Опыт боевых действий:
1. Для наших войск явилось неожиданным фанатичное сопротивление русских танкистов. Наши танки и противотанковые средства явно превосходят легкие танки противника, тем не менее последние обычно продолжают атаковать, невзирая на потери. Даже если положение безнадежно, мотор и гусеницы разбиты, русский танк продолжает стрельбу до последнего снаряда или возобновляет бой, пропустив собственные танки. Почти всех танкистов в разбитых танках противника находят убитыми или сгоревшими [76].
2. Противник применяет быстроходные тяжелые танки, оснащенные 76,2-мм пушкой (это описание первой встречи с Т-34) , которые отлично поражают цели и на дальних расстояниях. Эти машины явно превосходят наши собственные танки (выделено мной. — М.С. ). Противотанковое орудие калибра 37 мм является эффективным только на малых дистанциях; зенитное орудие калибра 88 мм является полностью бесполезным на дистанциях выше средних». [188]
Появление нового, да еще и «явно превосходящего» типа советских танков не на шутку встревожило немцев. 24 июня отдел тыла 1-й Танковой группы отправляет в отдел тыла ГА «Юг» специальное донесение об этом; документ примечателен прежде всего тем, что в нем появляется конкретная цифра потерь танков 11-й тд в бою у Радзехува:
«11-я танковая дивизия в районе Стоянув-Радзехув имела боевое столкновение с русскими танками, в ходе которого 35 русских танков было подбито ценой 7 собственных. Среди русских танков [выявлен] новый тип, ранее не известный… Подготовить все необходимое для буксировки и ремонта». [203] Итак, бой между передовым отрядом 10-й тд 15-го мехкорпуса и 11-й немецкой танковой дивизией у Радзехува, вне всякого сомнения, был. Что касается участия в бою многократно упомянутой выше группы из двух танковых и одного мотострелкового батальонов 4-го мехкорпуса, то здесь возникают вопросы. В августовском докладе командира 32-й танковой дивизии он описан так:
«Два танковых батальона во взаимодействии с мотострелковым батальоном под командованием подполковника Лысенко с 7 до 20 часов вели бой с 65-м танковым батальоном и 25-й батареей противотанковых орудий противника в районе западная окраина Радзехув, Ганунин, где вела сдерживающие бои 10-я танковая дивизия. В результате боя уничтожено 18 танков противника, 5 противотанковых орудий, 10 орудий и взвод мотопехоты. Потери танковой группы составляют 11 танков». [181]
Соотнести это с документами противника, да и со здравым смыслом, сложно. Номера частей вермахта, названные в докладе 32-й тд, явно вымышленные и абсурдные (батареи ПТО не имели собственных номеров, отдельные танковые батальоны с собственными номерами были, но не в 1-й Танковой группе); названная продолжительность боя (с 7 до 20 часов) свидетельствует, скорее всего, о том, что составитель отчета никакой конкретной информации о событии не имел.
В ЖБД 81-й моторизованной дивизии указано другое и более правдоподобное время:
«В 15.00 23 июня 1-й батальон 323 МСП с двумя [танковыми] батальонами 32 ТД атаковал противника в районе Радзехув. Противник понес большие потери. 1/323 мсп потерял 13 человек убитыми и 18 ранеными. В 19.00 противник численностью до бригады пехоты с танками и артиллерией повел наступление на батальон. Батальон отошел на рубеж Воля Холоевска».
В ЖБД немецкого 48 ТК вовсе нет никакого упоминания, даже малейшего, о боевых действиях в районе Радзехува во второй половине дня 23 июня. Зато есть такая запись:
«18.30… Дивизия [11-я танковая] установила связь с передовыми подразделениями 297-й пд (правый сосед 48 ТК. — М.С. ), продвигающимися со стороны Павлув. Передовые части дивизии еще сегодня достигли Радзехув и сменили 231-й разведывательный батальон (11 тд) и роту 61-го противотанкового батальона (11 тд) , которые стояли там в охранении…» [188]
Итак, после завершения боя с передовым отрядом 10-й танковой дивизии немецкая 11-я тд оставила в Радзехуве заслон с минимальными силами: разведбат (т. е. пехотный батальон сокращенного состава) и одну роту (12 «колотушек») противотанкового батальона. Если бы этот заслон был в действительности атакован двумя танковыми батальонами 32-й тд (а это порядка 100 танков, большинство которых составляли Т-34) [77], то немцы бы такое незаурядное событие заметили, ощутили и отразили в документах. Наконец, сама интонация искреннего восхищения мужеством противника, с какой танковый бой у Радзехува описан в ЖБД немецкого танкового корпуса, заставляет предположить, что противник (т. е. подразделения Красной Армии) был в меньшинстве — едва ли немцы стали так восхищаться, если бы на них обрушился удар сотни «тридцатьчетверок»…
Скорее всего, участие боевой группы 4-го мехкорпуса в бою свелось к тому, что какая-то (меньшая) часть группы до Радзехува дошла и ближе к вечеру была атакована подошедшей к городу пехотой противника («противник численностью до бригады пехоты с танками и артиллерией» ); после короткого боя подразделения 4 МК откатились назад, на том все и закончилось.