Тени предательства

Корабль снова вздрогнул, на этот раз так сильно, что несколько членов экипажа попадали с ног. Одна женщина в форме техника раскроила себе голову о палубу при падении. Севатар, продолжая бежать, перепрыгнул через них, ощущая исходящий от ран запах крови.
Следующее сотрясение стало отголоском предыдущего. Скудное освещение «Сумрака» моргнуло и отключилось на несколько секунд. Это не имело значения: через глазные линзы все отображалось в монохромном охотничьем зрении, а он уже был почти что у ближайшей платформы переноса.
Раздавшийся звук заставил его застыть на месте. Это был натужный тоскливый визг сопротивляющегося металла – скорбная песнь кита, раненого гарпунами охотников. Свет вновь отключился, и Первый капитан остался в привычном абсолютном мраке.
- Отказ реактора, - прогудел вокс. – Отказ реактора. Отказ реактора.
Сжав цепную глефу, Севатар снова побежал. Системы доспеха ответили на его запрос, автоматически открыв канал связи с мостиком.
- Доложить, - передал он по воксу.
- Мы без энергии, капитан, но движемся вперед по инерции. Половина орудий отключена.Ангары открыты. Основные и второстепенные системы лэнсов умолкли. Большая часть торпедных блоков не отвечает. Хребтовые укрепления продолжают вести огонь на резервных генераторах. Жизнеобеспечение и искусственная гравитация работают на запасах, но пустотные щиты полностью отключены.
- Навигация?
- Нет. Магистрали, ведущие к резервным источникам энергии, перебиты.
У Светара похолодела кровь. Во всяком случае, стала холоднее, чем обычно. 
- Абордажные капсулы?
- Не запустятся, капитан.
- Телепортация?
- Не работает.
Севатар затормозил и остановился, втягивая воздух сквозь сжатые зубы. Он был единственным из Первой роты, кто оказался в ловушке на подбитом флагмане. Остальные уже находились на борту «Неоспоримого довода», сражаясь за свою жизнь и убивая Темных Ангелов рядом с примархом.
- Я их не брошу, - прошептал он.
- Капитан? Что…
Севатар оборвал канал связи с мостиком и снова побежал. Теперь он спускался вглубь корабля, двигаясь через заваленные обломками коридоры и проносясь по залам, заполненным огнем и дымом. Куда бы он ни посмотрел, везде лежали мертвые члены экипажа.
- Тайе, - произнес Севатар в вокс. – Тайе, слушай меня.
- Вот он.
- Вижу его, - Тайе промчалась между двух шпилей на хребте «Сумрака», приближаясь к «Корсару», которого преследовала. Внизу мелькали стены с бойницами, но она не рискнула выстрелить. На пылающую корму флагмана и так обрушивалось много огня, и она не собиралась усугублять дело неточным залпом лазпушек.
Все это время на дисплее ее шлема пульсировала искривленная нострамская руна, обозначавшая «Пусто». Нужно было сесть и перезарядиться. Ракетные блоки «Весперы» опустели меньше чем через минуту после того, как истребитель вырвался с ангарной палубы.
- Пусть уходит, - предостерег Кивен.
- Исключено, - она ускорила погоню, пролетев между очередной парой бронированных шпилей. – Мы его почти сделали.
«Корсар» был уродливой толстозадой машиной с хищным очертанием крыльев. Тайе никогда не нравился вид этого тяжеловесного монстра, и она собиралась позаботиться, чтобы конкретно этот не вернулся домой на победный парад.
«Пусто», «Пусто», «Пусто» - снова и снова продолжали жаловаться ракетные блоки. У нее оставались пушки, но…
- Венсент, - выдохнула она. – Я пролечу над ним, когда он минует Пилоны Травия. Перебей ему хребет в этот момент.
- Считай, что уже сделано, - он снова развернул вращающееся и наклоняющееся кресло вперед, наводя турель. – Я могу уничтожить его прямо сейчас.
- Его обломки врежутся в надстройку, - произнесла Тайе сквозь зубы, прищурившись от напряжения. Ее спина была покрыта потом, от которого щипало разъемы. Турели внизу изрыгали в пустоту лучи из лазпушек. Некоторые целились по атакующим машинам врага, остальные наносили незначительные повреждения обшивке «Неоспоримого довода».
Тайе рискнула бросить взгляд вверх и увидела матово-черный корпус вражеского флагмана, заполнивший собой всю крышу кабины. Никакая тренировка не могла предотвратить миг дезориентации. Тайе моргнула и снова сконцентрировалась на несущейся впереди добыче.
- Плазменные бомбы, - крикнул Венсент. Тайе видела, как боезапас бомбардировщика посыпался вниз, и вдоль хребта «Сумрака» начали вспухать взрывы. «Веспера» поднималась, она была почти над «Корсаром», но ей все еще приходилось уворачиваться от очередей лазерных лучей, лихорадочно выпускаемых экипажем бомбардировщика.
- Сбей его!
Венсент выстрелил, резанув сверху вниз, и рассек «Корсар» посередине. Передняя половина с горбатыми крыльями завалилась на один из двух Пилонов Травия, разрушив дистанционно управляемые зенитные установки на стенах шпиля. Громоздкие двигатели бомбардировщика слепо вильнули вбок и завертелись, удаляясь в пустоту.
- Нас атакуют, - передал по воксу Кивен. – Еще одна «Ярость» преследует нас вдоль хребта. Сдается мне, их взбесило, что мы уничтожили восемь «Корсаров».
- Я могу оторваться.
- Отдаляйся от проклятого корабля. Нам нужно уходить.
Она не стала утруждать себя ответом. Щиты «Сумрака» отключились, и вокруг него с навязчивостью паразитов гудели бомбардировщики, которые выплевывали плазменные бомбы в уязвимые точки флагмана. Она не собиралась никуда уходить.
- Тайе, - протрещал вокс. Голос был искажен звуком сирен на заднем плане. – Тайе, слушай меня.
- Первый капитан?
Севатар повторил ее имя, а затем отдал приказ, который она не поняла.
- Я… я не… прошу вас, повторите распоряжение, сэр.
- Я сказал: «Сажай истребитель». Немедленно.
Севатар ждал их. Его доспех был покрыт полосами подпалин, в руке воин держал свою цепную глефу. Он был островком спокойствия в сердце бури. В ангаре вокруг него гремел и бушевал хаос. Слуги тушили пламя, с потолка падали обломки, мерцающие янтарные огни предупреждали об угрозе разгерметизации.
Первый капитан наблюдал за быстрым приближением «Гнева». Большая часть окраски корпуса выгорела, и обнажился нижний серо-стальной слой. Машину ободрали громыхающие мелкие обломки, которых всегда полно в космосе между сражающимися боевыми кораблями. 
«Веспера». Да, это была она.
Истребитель включил тормозные двигатели, расположенные под крыльями и возле носовых лазпушек. В ангаре раздался визг выходящей тяги, который был более резким, чем крик кондора. У Севатара дернулся левый глаз, пока слуховые сенсоры шлема не компенсировали звук
Тайе не стала использовать посадочную полосу. Она погасила ускорение последовательными импульсами тормозных двигателей и опустила истребитель по узкой спирали. Как только посадочные захваты с хрустом коснулись палубы, Севатар пришел в движение. Он подпрыгнул, ухватился за край одного из зализанных крыльев в виде акульего плавника и подтянулся на одной руке.
- Вперед, – передал он по воксу.
Ответа не последовало. Он бросил взгляд на кабину и обнаружил, что Кивен расширенными глазами глядит на него с обращенного назад кресла, а Тайе ссутулилась и изогнулась на своем месте, пытаясь увидеть, что происходит. Он слышал в воксе их дыхание.
- Вы… вы же это не всерьез, - тихо произнесла она.
Севатар прошел по верхней части истребителя и примагнитил свои подошвы к темной обшивке «Гнева» в нескольких метрах от кабины. Он покачал головой при виде идиотского ошеломленного выражения на лице наблюдателя.
- Я сказал: «Вперед».
Первый капитан низко присел и трижды ударил, проделав в корпусе истребителя глубокую вмятину, как раз, чтобы за ее край можно было уцепиться. Он держал свою алебарду за спиной, отведя ее в сторону по диагонали.
Истребитель загудел у него под ногами, вновь оживая.
- Севатар, это безумие.
Он закатил черные глаза по ту сторону красных линз. Как же утомляло слышать это снова и снова. Порой он гадал, неужели для других людей «долг» - всего лишь слово, значения которого они никогда толком не понимали.