Поэзия английского романтизма XIX века

 1814 
  
Военная песнь клана Мак-Грегор
 
 Перевод К. Павловой 
 
  [96] 
 
 
Луна над рекой, и туманы кругом,
 
И с именем клан, хоть без имени днем.
 
Сбирайтесь, сбирайтесь! Мак-Грегор, ура!
 
Мак-Грегор, пора!
 
 
 
Заветный и славный наш клик боевой
 
Греметь осужден лишь ночною порой.
 
Идите ж, идите! Мак-Грегор, ура!
 
Мак-Грегор, пора!
 
 
 
Не ваши уж ныне тех гор вышины,
 
Гленлейона селы, Кильчурна сыны;
 
Изгнанники все мы! Мак-Грегор, ура!
 
Мак-Грегор, пора!
 
 
 
Не знает наш клан и главой где прилечь;
 
Но клан наш сберег и свой дух, и свой меч.
 
Так смело же, смело! Мак-Грегор, ура!
 
Мак-Грегор, пора!
 
 
 
Нет крова, нет пищи, нет имени нам…
 
Огню же их домы, их трупы орлам!
 
На битву, на битву! Мак-Грегор, ура!
 
Мак-Грегор, пора!
 
 
 
Быть листьям в дубраве, быть пене в реке,
 
Быть нам в их владеньях с булатом в руке.
 
Спешите, спешите! Мак-Грегор, ура!
 
Мак-Грегор, пора!
 
 
 
Скакать через море придется коню,
 
Корабль поплывет на крутом Бенвеню,
 
Растает гранит по горам вековым,
 
Но мы не забудем, но мы отомстим.
 
Сбирайтесь, сбирайтесь! Мак-Грегор, ура!
 
Мак-Грегор, пора!
 
 
 1816 
  
Джок из Хэзелдина
 
Перевод В. Топорова
 
  [97] 
 
 
— Брось плакать, слушай, прекрати,
 
Кончай реветь — а там уж
 
Изволь, как велено, пойти
 
За лорда Фрэнка замуж!
 
Всем он хорош — ну что ревешь? —
 
Не рохля, не дубина.
 
Да где ж ты лучшего найдешь?
 
— А Джок из Хэзелдина?
 
 
 
— Какой там Джок, помилуй бог,
 
Нашла себе героя!
 
Такой дурак, такой сапог —
 
И стать ему женою!
 
Нет, ты на Фрэнка погляди,
 
Красавца-паладина!
 
Иль сердца нет в твоей груди?
 
— Там Джок из Хэзелдина!
 
 
 
— Какой там Джок, коль тут — мешок,
 
Битком набитый, денег!
 
Изящный слог, весь край у ног!
 
И церковь! И священник!
 
Там, с Джоком, — пьянки, тут — пиры!
 
Там — стог, а тут — перина!
 
Балы, пажи — а там, во ржи…
 
— Там Джок из Хэзелдина!
 
 
 
Друзей своих собрал жених
 
В наследственной часовне.
 
В часовне сей полно гостей,
 
Но приглядитесь — кто в ней?
 
Жених и тесть, конечно, здесь,
 
Да только с постной миной…
 
Невеста — ах! — уже в бегах!
 
— Шельмец из Хэзелдина!
 
 
 1816 
  
Замок семи щитов
 
 Перевод М. Донского 
 
  [98] 
 
 
Был Урьен-друид всех друидов мудрей.
 
Прекрасных он вырастил семь дочерей.
 
Наукам он их обучил колдовским.
 
И семь королей едут свататься к ним.
 
 
 
И первый, Ивейн, был король хоть куда:
 
Плешив, как колено, торчком борода.
 
А следом явились Данмайел и Росс,
 
Не стригшие сроду ногтей и волос.
 
 
 
Был крив король Мейдор, и Доналд был хром,
 
А Лот от рождения был горбуном.
 
Но Эдолф, на тех шестерых непохож,
 
Был молод и весел, учтив и пригож.
 
 
 
Он люб всем невестам. И вот меж сестер
 
Идет из-за юного Эдолфа спор.
 
Когда ж к рукопашной они перешли,
 
Им князь преисподней предстал из земли.
 
 
 
Они присягнули на верность ему,
 
Им в помощь призвал он ложь, злобу и тьму.
 
Семь прялок он дал им и семь веретен,
 
И тайный обряд заповедал им он:
 
 
 
«Садитесь за прялку, — сказал сатана, —
 
И вырастет башня из веретена.
 
Там кривда бела будет, правда черна;
 
Там с другом сердечным вам жизнь суждена».
 
 
 
Луна озаряет равнину окрест,
 
За прялками в полночь сидят семь невест.
 
Смочив своей кровью шерсть черных ягнят,
 
Поют заклинанья и нитку сучат.
 
 
 
Жужжат веретена. И вот уж видны
 
Семь призрачных башен под светом луны,
 
Семь стен, и семь рвов, и семь крепких ворот.
 
Из мглистого сумрака замок встает.
 
 
 
В том замке обвенчаны семь королей.
 
Шесть утром в крови захлебнулись своей.
 
Семь женщин — у каждой кровавый кинжал —
 
Приблизились к ложу, где Эдолф лежал.
 
 
 
«Мы тех шестерых умертвили сейчас.
 
Их жен, их владенья получишь зараз.
 
А если услышим мы дерзкий отказ,
 
Тогда овдовеет седьмая из нас».
 
 
 
Но Эдолф заклят был от дьявольских сил:
 
Святых он даров перед свадьбой вкусил.
 
Семь раз свистнул меч — и тяжел и остер,
 
И Эдолф сразил семь злодеек-сестер.
 
 
 
Постригся в монахи несчастный король
 
И вскоре оставил земную юдоль.
 
А дьявольский замок поныне стоит.
 
Над каждым из входов — корона и щит.
 
 
 
Богатства семи королей там лежат.
 
Нечистая сила хранит этот клад.
 
Кто в замок проникнет при свете луны,
 
Тот станет владельцем несметной казны.
 
 
 
Но люди мельчают, наш мир одряхлел,
 
Нет места в нем ныне для доблестных дел.
 
И где тот храбрец, что рожден для удач,
 
Кто хладен рассудком, а сердцем горяч?
 
 
 
И клад будет долго отважного ждать.
 
Скорей потекут реки бурные вспять
 
И вздыбится дно океана горой,
 
Чем в дьявольский замок проникнет герой.