Гризли выходит на охоту... (СИ)
========== Глава 8 ==========
В выходные Андрей и Макс угрозами и шантажом вывезли меня на дачу, подышать свежим воздухом. Я же мечтал побыть один, чтобы спокойно упиваться своим горем, обидой и одиночеством. Но нет! Меня ждали баня, березовый веник, холодная бутылка водки (и не одна), овощи с огорода, шашлычок, а также задушевная беседа на троих.
Дача встретила нас буйной зеленью, чистым, сладким воздухом, горячим солнцем, веселым визгом дочек-двойняшек Андрея и теплой улыбкой его жены Наты. Да, да! Вот уже лет шесть, как Андрей был счастливо женат на рыжей веселой толстушке, которая подарила ему двух очаровательных девчонок – вечная мужская гордость и безумный отцовский восторг. Маленькая, пухленькая, как пупсик, Наташа была старше Андрея почти на пять лет, но любил он ее самозабвенно и преданно. Мы с Максом до сих пор не могли понять, как после бесконечной череды длинноногих и брюнетистых молодых кобылок он женился на этой простенькой взрослой женщине. Но… Андрей был счастлив, и все остальное для нас было уже не важно.
Ночь за городом: черная, непроглядная, с яркими звездами и сияющей луной, песнями сверчков и комариным писком, и я – исхлестанный веником, отмытый до скрипа, пьяный и грустный, в гордом одиночестве вдыхаю ночную прохладу на веранде. Мужики уже спят, убаюканные баней и алкоголем, а мне не до сна. Тяжелые невеселые мысли бродят в голове, сталкиваясь и причиняя боль, не только физическую.
Мимо бесшумной тенью скользит Ната, собирая грязную посуду.
- Нат, посиди со мной, - с женой Андрея мы практически не общались, но сейчас одиночество давило и выкручивало.
Женщина присела рядом со мной на диванчик.
- Не спится тебе, Стас? – мягкий приятный голос дарил покой и тепло. - Может, поделишься проблемами, вдруг легче станет.
И я поделился. С пьяной откровенностью и уже неконтролируемым желанием высказать все, что так долго копил в себе. Рассказал. Ничего не утаивая, не выгораживая себя и никого не обвиняя в случившемся. О том, как познакомился с Зайкой, как издевался над парнем, пытаясь заставить подчиниться, как с удовольствием принял его поражение. Как потом преследовал, как сам пытался понять, что со мной происходит. О поцелуи под рябиной и о смерти Зайкиной мамы, о том, как чуть не сошел с ума вместе с ним от горя. О нашей ночи и о моей дурацкой утренней выходке, которая перечеркнула все, чего с таким трудом я успел добиться.
Ната слушала и молчала, давая мне, возможность выговориться и только иногда ласково и как-то по-матерински сжимала мои дрожащие пальцы. А потом мы долго молчали уже вместе. Мне было стыдно.
- Знаешь, Стас, мне очень трудно понять и принять твои чувства к… парню. Как-то по-другому меня воспитывали, – медленно произнесла женщина.
- Да, я сам долго не мог в это поверить. И до сих пор не верю. Но… получилось так. Только вот оказалось, что Женьке моя любовь не нужна? Для него это не любовь, а проклятье. Я ужасный человек, бездушная сволочь, я приношу людям, которых люблю, только проблемы и сложности… - закончил я свою отповедь.
- Нет, Стас, - пухлые пальчики гладили мою руку, - ты ошибаешься. У плохих людей хороших друзей не бывает. А у тебя они есть.
- Есть. Вот только друзья у меня и остались…
Наташа встала с диванчика, ласково улыбнулась и сказала:
- Идем уже спать, утро вечера мудренее. Вы еще завтра обещали мне старую яблоню выкорчевать. А у тебя, Стас – все будет хорошо! Вернется твой Женька.
И звонко хлопнула меня по лбу, размазав настырного комара.
- А если не вернется? - ошарашенно стирал я ладонью кровавый след, наблюдая, как она уходит в дом. - Я опять его обидел, даже и не заметив.
- А если не вернется он, тогда его вернешь ты, - мягко ответила мне Ната, одарив надеждой и вернув мне веру. - Я же права?!
- Права! Спасибо, Наташ!
- И все-таки зря ты не дослушал тогда своего Женьку…
Я знаю! Теперь - знаю!
<center> *</center>
Новая рабочая неделя закрутилась калейдоскопом, не давай расслабиться и унывать. Понедельник – день безумный. После обеда, пока я релаксировал над чашкой кофе и новым договором, меня вызвонил Макс.
- Женька на тренировку пришел, - бодро отрапортовал мне хозяин спортзала.
- Ну и что, - играю в равнодушие и пытаюсь унять скачущий бешеным кроликом пульс.
- Да так просто, - включается в игру Максим, - хотел тебя, как тренера, в известность поставить, но если ты отказываешься от подопечного, то я могу взять над ним шефство. Мальчик–то перспективный…
- Макс, а смерти ты совсем не боишься?! - разъяренным медведем реву я.
Да, с безразличием – это я лоханулся… Мальчик?! Перспективный?!
- Да ну! - смеется этот паразит. - Вали уже в зал, Отелло!
Чуть не сбив с ног девочек из бухгалтерии, я на крейсерской скорости летел по коридору в сторону спортзала, расстегивая на ходу рубашку и срывая галстук. На входе меня поймал Макс и отправил переодеваться и успокаиваться.
Из раздевалки я вышел, излучая космическое спокойствие, вот только внутри меня не по-детски трясло от возбуждения и бешенства. Оглядев подозрительно опустевший в середине рабочего дня зал, подхожу к своему ученику.
- Не ожидал тебя здесь увидеть.
- У меня сегодня тренировка, - отстраненно отвечает мне Женька, разминаясь на матах. А в глазах – вечный лед.
- А не боишься? Тренер не в духе, вдруг покалечит? - начинаю закипать, злость просто рвется наружу. Встаю напротив него в стойку.
- Мне все равно… - да, его голосом можно заморозить Байкал, до самого дна.
Боевая стойка. Отличная, надо сказать, стойка. Хороший у тебя, Зайка, тренер.
Мы пару минут кружим по татами. Первый захват мне не удался, Женька увернулся. Второй захват, с обманкой и… парень звездочкой лежит на матах, а я, навалившись сверху и удерживая его руки, шепчу:
- Что так?
- Это личное. Вам не интересно, – слабо рыпаясь, пытается он вылезти из-под меня.
Ага, сейчас! В моих венах уже бушует адреналин, выжигая злость и превращая обиду в страсть.
- Ну почему же, мне очень даже интересно, - бедром прижимаюсь к его паху и в безмерном удивлении замираю, выпустив добычу из рук.
Вот это сюрприз! А ученик-то возбужден не меньше тренера.
Женька, воспользовавшись моим смятением, все-таки выворачивается и на карачках пытается от меня сбежать. А у меня уже черные кляксы перед глазами расплываются от его близости и зашкаливающего желания.
- Куда-то собрался, Зайка? – ловлю за бедра и притягиваю обратно, краем глаза замечая, как еще недавно стоящий у входа статуей Макс, плотненько прикрывает за собой дверь, оставляя нас с Женькой один на один.
- Домой, - ворчит ученик, выпрямившись на коленях и пытаясь отодрать от себя мои пальцы. - Тренер сегодня какой-то неадекватный, обещал покалечить.
- А трахнуть тебя тренер не обещал? - принимаю правила игры и закусываю так удачно попавшуюся мне на зуб мочку уха.
- Нет, не обещал, - притворно вздыхает и ёжится Женька, уже сам подставляя под мои губы шею. - Сказал вообще к нему с такими глупостями не подходить.
- Когда это я такое говорил? - от удивления выпадаю из образа.
- …больше никогда не благодари меня ТАК… – ехидно процитировали мне меня.
- Да-а-а! И ты поверил?! - одной рукой притягиваю его за плечи, прижимая напрягшейся спиной к своей груди, а второй изучаю степень готовности чужого члена. О, да! Готов – как пионэр!
- Стас, отпусти, - хрипло шепчет «пионэр», все откровеннее и настойчивей вжимаясь задницей в мой пах.
- Уверен? - глажу подрагивающий живот, нетерпеливыми пальцами пробираясь под резинку спортивных штанов и боксеров. - Ты уж реши, отпустить мне тебя или…
- Или… - запрокидывая мне на плечо голову, сдается Зайка.
Как выстрел - взрывающий мозг. Как электрический разряд – вновь запустивший застывшее сердце.
И я, судорожно думая, чем же можно сейчас заменить смазку, спускаюсь ладонью все ниже, и дальше, и глубже, пока не добираюсь до…