Дикий (ЛП)

- Что?
Брэм взял его за руку и сжал.
- Я просил Трэя кое-что сделать. Посмотреть, не удастся ли ему найти фото твоей матери. Ему потребовалось немало времени. - Он кивнул на экран.
Этан повернулся посмотреть: ему понадобилась секунда, чтобы сообразить, что он видит на экране, и понять, что сказал Брэм. Он смутно осознавал, что тот стискивает его пальцы. Этан думал, что забыл лицо матери, и может, так оно и было, но сейчас от узнавания у него перехватило дыхание.
По телу прокатился озноб, заставив Этана задрожать от всплывших на поверхность воспоминаний. Вот оно. Стояло лето, и она в футболке и шортах улыбалась в камеру. Маленький Этан ухватился за ее ногу, а она нежно положила ладонь ему на плечо.
Ее короткие волосы оказались темно-каштановыми, а глаза — карими, но улыбка у нее была такая же, как у самого Этана — он узнал ее.
Экран вдруг поплыл перед глазами, Этан прерывисто вздохнул, а потом позволил Брэму крепко его обнять. Он хотел еще посмотреть снимок, ему просто нужна минутка, чтобы прийти в себя.
- Я так с ней и не попрощался. Ее просто забрали, - вырвались слова. Трэй говорил, что, судя по записям, перед смертью она впала в диабетическую кому. Она скрывала от Этана свою болезнь.
- Знаю. - Брэм покачал его в объятиях.
- Мне всегда хотелось увидеть ее еще хоть раз.
- Ну фотографии, конечно, мало, чтобы попрощаться, я знаю.
- Но это уже что-то. Спасибо. - Этан вытер глаза и заставил себя снова посмотреть на экран. Она любила его, эта женщина. Он никогда не ставил под сомнение ее любовь, и, наверное, она защищала его даже больше, чем он думал. Так же, как теперь защищает Брэм.
- Она была очень красивая, - тихо заметил тот.
Этан наклонил голову, словно под другим углом она могла выглядеть иначе.
- Я тоже всегда так думал.
КОНЕЦ
  
Примечания
   
1
 
Exactement – вот именно (фр.)