Любовь и магия-2 (сборник)

Тяжело задумался Синяя Борода. Вот задачку жена подкинула! Что с ней теперь прикажешь делать? Силком, что ли, в комнату затаскивать?
Наконец он решился.
– Сейчас я тебя испытаю, – сурово сказал он и, взявшись за железную ручку, рывком распахнул дверь.
Лаванда зажмурилась.
– Открой глаза и смотри! – велел барон Монморанси Жиль Октавиан де Ретц, за руку втаскивая жену в комнату.
Серые рассветные сумерки освещали небольшое помещение. Камин, два стола возле окна с распахнутыми ставнями – и полки, полки… И все куклами деревянными заставлены. А на куклах – дивно тонкой работы наряды. Платья атласные, шелковые, бархатные, с кружевами и рюшами, камзолы с вышивкой, воротничками, крохотными золотыми застежками, панталончики тонкой работы…
Ахнула Лаванда, бросилась к полкам и давай кукол перебирать, разглядывая, одних к груди прижимая, других обнимая и целуя. И бормотала восторженно: «Ой ты, моя прелесть… лапушка… красотулечка… заинька… душенька… ах, восторг! ах, упоение!»
Синяя Борода настороженно следил за женой, вслушивался в ее лепет, сжимая и разжимая кулаки, и ждал. Того, что сейчас последует. Того, из-за чего он разделался с теми, другими. Все они одинаковые…
Наконец баронесса обернулась к мужу, в каждой руке держа по кукле.
– То-то Сесиль будет рада!
У Синей Бороды отвисла челюсть.
– Чего? – растерянно спросил он. – А ты не хочешь спросить, не я ли на кукол платья шью?
– А это ты? – Лаванда подняла на мужа влажные глаза.
– Я, – потупился барон, ожидая неминуемого.
Лаванда молчала. Тогда Синяя Борода посмотрел на жену.
– Ты разве не презираешь меня теперь? – недоверчиво спросил он.
– Ты убил их из-за этого? – спросила Лаванда, поднимая кукол.
– Я же Синяя Борода! Самый жестокий рыцарь королевства! А они нарушили запрет. – Монморанси продемонстрировал ей огромный, тяжелый, как храмовый колокол, кулак.
– Но… но… комната даже не заперта! Сюда может зайти кто угодно!
– Ну да, – немного смущенно ответил муж. – Нельзя было не заходить сюда, а… реагировать недолжным образом.
– Ты и меня бы убил, если бы я сделала это?
– Конечно! – рыкнул Синяя Борода. – Я никому не позволю смеяться над собой! Эй! Что ты делаешь? Немедленно прекрати!!! Ты нарушаешь ЗАПРЕТ!
Монморанси впервые услышал смех своей жены. Тихий, мелодичный, похожий на журчание прохладного ручья в жаркий день.
Синяя Борода побагровел и занес над Лавандой пудовый кулак.
– Ты такой смешной! – сказала Лаванда, с нежностью глядя на мужа. – Я так тебя люблю.
Огромный кулак опустился. Монморанси постоял, глядя себе под ноги, и с глубоким вздохом сгреб жену в охапку.
– Вот чертовка, – смущенно пробормотал он и неловко поцеловал ее. – Я, кажется, тоже тебя люблю. Что с тобой поделать, будет тебе Сесиль.
Когда женщина по-настоящему любит, устоять перед ней невозможно.