Возрождение из пепла
Над рощами и скалами уже плыл сентябрь, когда Алекс с помощью Танечки и молчаливого подростка в первый раз смог встать с самодельной постели. А когда выбрался из пещеры посмотреть на солнце, то зеленые травинки посеребрились первым инеем – ночью выпал октябрьский заморозок.
А в ноябре он спланировал первый налет – на строящийся концлагерь. Группа отчаянно нуждалась в пополнении людей, оружия, продовольствия, а главное – в лекарствах, а тут был шанс сгрести все разом – так утверждал свой человек в группе техников-строителей. Вместе с атакующей группой шел худой парень, повязавший лицо косынкой. Парня шатало ветром, но убедить его остаться на базе никто не смог.
Налет вышел на диво удачным, и вечером группа, празднуя полный успех (ни одной потери!), сотворила что-то вроде обряда посвящения, присвоив каждому новенькому звание-прозвище. Сенечкин стал Синицей, Михайлов – Воробьем (за щуплость телосложения и легкость движений), Расул Гамедов – Сапсаном, чернявый угрюмый Татаров – Вороном. А молчаливому новичку за зоркость и умение в момент оказаться там, где нужней всего помощь, мудрый дед Фома посоветовал дать имя Сокол. И не прогадал.
Тогда же, в ноябре, на маленькую группу, действовавшую на диво успешно (благодаря помощи «консультанта», как в шутку звали Алекса Сокола), вышли связники «Защитников» – радикальной группировки, в которую, по слухам, входило даже несколько Стражей.
Тогда-то Алекса и разоблачили.
– Алекс? Алексей Соловьев? – Лицо Жана де Берже, связника от «Защитников», каменеет на глазах. – Что ты здесь делаешь?
– Это наш собственный маг, – улыбается отец Тани. – Он настоящий волшебник – столько всего знает.
– Еще бы! – Жан кривит губы. – Он и правда знает. А вы-то знаете, с кем связались? Что ты здесь делаешь, Соловьев? Подарочек брату готовишь?
Собственная фамилия звучит как пощечина.
А потом как шипение змеи: «Соловьев. Сссоловьев. Тот Соловьев? Его брат?»
И глаза тех, с кем он еще вчера готовился пойти на новую акцию, становятся холодными.
– Словом, тогда меня чуть не выставили. Переругались все. Если б Петр Валерьевич не вступился за бывшего ученика… – Алекс машинально потер глаза.
– Устал?
– Надо заняться планом, о котором ты говорила, – ушел от ответа Алексей.
Так и знала!
– Позже. Двое суток без сна – много ты в этом плане увидишь!
– Мне снова нужно завоевывать доверие, понимаешь? – Алексей опустил голову.
– Понимаю, – кивнула девушка. – Дать тебе зеркало?
– Зачем?
– Чтоб ты глянул на свое лицо. Глаза как у вампира, а цвет кожи от недосыпа – зомби отдыхает! А у тебя вечером собеседование с приемными родителями малышек, не забыл? Да они от тебя убегут с воплями!
– Так плохо?! – грустно улыбнулся юноша.
– Бывают покойники, которые смотрятся более здоровыми, – не слишком дипломатично съязвила Лина. – Возвращаемся.
Она подумала и нашла возможность чуточку подсластить пилюлю:
– Вот что. Вернемся – выпьешь настойку для сна. Тихо, тихо: так быстрей выспишься, и в полдень можно будет пойти на рекогносцировку склада. Того самого.
Получилось! Глаза юноши благодарно блеснули. Он даже как-то сразу встряхнулся. Ой, чувствую, следующие деньки будут нескучными. С этой его жаждой деятельности.
– Идет! – Алексей подмигнул. – Только подождем пять минут, ладно? Я так давно этого не видел!
– Чего?
– Солнце встает.
Что? А-а. Лина оглянулась. Из пушистых розоватых облаков показался краешек темно-алого шара.
Поднималось солнце.
Глава 34
Дети питомника
Объявляется конкурс на вакантную должность оценщика при сортировочном отделе Службы ресурсов. Профессиональные требования: знание всех рас и народностей, госстандартов в области оценки людей и магических существ, навыки делопроизводства; желательны минимальные знания психологии. В обязанности входит оценка рыночной стоимости «лишенных прав», поступающих в распоряжение Службы ресурсов. Оплата высокая
Купите медиашар. Одним усилием мысли вы можете увидеть все! Медиашар один заменит вам и лазер-панель, и телефон, и целую библиотеку. Вы можете менять его местоположение и размеры изображения так, как сами того пожелаете. Купите наш медиашар и получите скидку на пользование государственным каналом со всеми новостями!
Осмотр местности в районе предполагаемого захвата проходил, в общем, спокойно, но не без осложнений.
– Жаль, что маски надевать нельзя, – вздохнула Лина. – Твое лицо слишком заметно.
– Заклинание изменения внешности? – предложил вариант ее спутник.
– Запрещены. Так что на них патрули с лету кидаются.
Лина зло прошила взглядом очередную засмотревшуюся на Алексея демоницу. Та даже отшатнулась и грудь на всякий случай потрогала: не торчит ли нож. Фениксы ж чокнутые, это все знают! В смысле горячие и скорые на расправу. Связываться небезопасно, тем более с ведьмой ближнего круга.
«Ближники» (всего около десяти – пятнадцати персон), как называли особо доверенных лиц Повелителя, здорово нервировали большинство лиц рангом пониже, потому что обладали весьма неопределенным, но очень высоким набором привилегий. Им могло сойти с рук то, за что другие лишались ранга или превращались в дубы (водилось такое за Его Величеством – иногда превращать провинившихся во что-нибудь этакое, от дуба до какого-нибудь загадочного хрюкопаразита). Правда, даже «ближники» предпочитали не рисковать зря. Пример дорогуши Зои – которая не в добрый час напилась, разнесла какой-то кабак, полезла к Вадиму с просьбой позволить навестить Алекса и схлопотала удар телекинезом в комплекте с купанием в ледяной воде – как-то не вдохновлял на подвиги. Принцесса потом до утра перелом залечивала, а кому другому могло и не повезти. Повелитель сурово карал за нарушение дисциплины (например, за драки и наркотики), а утратить расположение было намного проще, чем завоевать. Но честное слово, сдержаться стоило определенных усилий!
– Вот же смотрят! – прошипела Лина голосом, весьма далеким от нежности.
– На них бы так посмотреть!
На такой ярко выраженный плотоядный интерес к себе Алексей реагировал довольно нервно, хотя внешне этого не показывал. Если судить по лицу, парень – воплощенное спокойствие и хладнокровие. А вот внутри… Напряженные плечи, независимо засунутые в карманы руки. Голос этакий… Парень напоминал оленя, внезапно обросшего колючками с ног до головы. Тронешь – пожалеешь. Хотя сейчас он, кажется, больше злился на это непрошеное внимание как на помеху в деле, чем беспокоился. Ну как тут проводить рекогносцировку, когда за тобой наблюдают, да еще так.
Лина вздохнула. Она достала для него браслет-опознаватель, и это, вместе с ее присутствием, гарантировало ему безопасность от любых посягательств… но не от взглядов.
– А система слежения здесь все-таки есть, – шепнул Алексей, отвлекшись от пожирающей его глазами демоницы. – Разряд «циклоп», средней сложности.
– Где? А, вижу.
– Огнева! Эй, Лина! – послышался чей-то оклик. Голос был смутно знакомый.
Черт, только этого не хватало! Феникс обернулась.
От магазинчика «Некромантия» через неширокую улочку к ней спешила темноволосая молодая женщина довольно плотного сложения с мальчишкой на поводке. Еще одна сдвинутая на бывших обидах от людей. Вечно им нужен кто-то для «компенсации»!
– Привет! – Женщина покосилась на Алексея (естественно!) и улыбнулась: – Не узнаёшь?
Что-то было в ней знакомое.
– Ты мне шрамик оставила. – Шатенка коснулась кокетливой татуировки-бабочки на горле. – Не помнишь?
Выжидательная улыбка замерзла на губах Лины.
– Эль!