Платиновое побережье
Было 7.30 утра, на ней был черный брючный костюм и белая шелковая блузка. Кристина приготовила себе кофе и бесцельно прохаживалась по пустой десятикомнатной квартире, на ходу отхлебывая ароматный напиток. Вчера вечером она впервые расстелила сама себе постель, а чемоданы бросила нераспакованными в холле. Как только она закончит все дела в Нью-Йорке, то покинет этот город навсегда. Она вымыла чашку и вышла из дома. Быстро прошла по Саттон Плейс и на Йорк-авеню поймала такси.
– Угол Мэдисон и 58-й улицы, – сказала она водителю. Как обычно, тот пробормотал в ответ что-то неразборчивое. Грязный желтый автомобиль несся по тихим улицам к Мэдисон-авеню, где находился офис «Платинового побережья». Она наблюдала из машины за бродягами, спящими на вентиляционных люках, за маленьким черным мальчишкой, стянувшим крендель у отвернувшегося уличного торговца. И подумала, что грязный и распутный город мировой мечты похож на знаменитую когда-то кинозвезду, цепляющуюся за забытые дни своей славы.
Первая, кого встретила Кристина у дверей в офис, была секретарша Стивена Кэрол Роджерс.
– Доброе утро, миссис Рис-Карлтон. Какая прекрасная погода!
– Да, вы правы. Будет замечательный день, – она последовала за секретаршей, обратив внимание на ее элегантные туфли от Гуччи.
– А вы рано на работе, – прокомментировала Кристина.
– Мистер Челлини оставил мне вчера много работы. А я была приглашена на ужин, поэтому пришлось прийти пораньше, чтобы доделать ее сегодня утром. Вы не хотите чашечку кофе?
– Нет, спасибо.
Кристина села в лифт и доехала до тридцать шестого этажа. Щелкнула выключателем, и осветился один из самых, по ее мнению, потрясающих офисов, которые она когда-либо видела. У Стивена был превосходный вкус, и эта комната целиком это подтверждала. Начиная с облицовки стен из американского кедра и кончая дубовым паркетом с инкрустацией из черного дерева, по которому были разбросаны изысканные ковры «обюссон». Стены украшали картины Дега и Шагала, под ними висела фотография Кристины с Адамом. Она не очень соответствовала интерьеру, но Стивен настоял, чтобы она осталась на стене. Возле его письменного стола на полу стояла скульптура Генри Мура. Вещи на столе еще хранили тот порядок, в котором их оставил хозяин. Около увлажнителя воздуха из кленового дерева лежали три гаванские сигары. Мягко тикали антикварные часы. Рядом стояла настольная серебряная зажигалка и лежала новая ручка от Картье, которую она подарила ему на предыдущее Рождество.
Из задумчивости Кристину вывел приглушенный голос секретарши, раздавшийся из селектора:
– Здесь мистер Челлини. Он может войти?
– Конечно. И поинтересуйтесь, не хочет ли он кофе. – Кристина встала из-за стола, готовая встретить Антонио. Она боялась, что не сможет скрыть своего презрения, но сейчас ни в коем случае ему нельзя было показать, что ей известно.
Он вошел в офис – красивый, энергичный и, как всегда, уверенный в себе.
– Доброе утро, Кристина. Как вы?
Какое счастье, что она уже не реагировала на лживый образ «своего парня в доску». Она знала, что за беззаботной улыбкой скрывается жестокий циничный убийца.
– Хорошо, Антонио. А как ты?
– О, прекрасно! С нетерпением жду аукциона. У меня есть предложение Эдварду Харрингтону, и он от него не откажется.
Она ничем не выдала своего раздражения. Кристина хорошо понимала, что он прощупывает ее. Антонио подозрительно посмотрел на Кристину. Она выглядела независимой. Они оба повернулись к двери, когда вошла Виктория. На ней была очень пикантная блузка, прямая юбка и большой свободный жакет. Ее темные волосы были заплетены в длинную косу.
– Доброе утро. Надеюсь, не опоздала?
– Нет, еще достаточно рано, – успокоил ее Антонио и показал на кресло рядом с Кристиной.
Раздался звонок по селектору, и Кристина услышала:
– Пришел мистер Харрингтон с мистером Клейном и мистером Вагнером. Они могут подняться?
– Проводите их в комнату заседаний. Мы сейчас направляемся туда, – ответила Кристина сухим голосом. Теперь она находилась со своими противниками лицом к лицу. – Вы готовы?
– Как никогда ранее, – ответил Антонио. Он стоял рядом с Викторией, словно намекая, что она его потенциальная союзница.
Они втроем прошли в зал заседаний, где уже были Эдвард Харрингтон и адвокаты. Николас Вагнер, поздоровавшись, вытащил из своего кейса пачку документов и сертификаты акций. Надел очки и, внимательно окинув присутствующих цепким взглядом, спросил:
– Начнем?
– Не могу дождаться этого момента! – потирая руки, улыбнулся Эдвард. – Кто же из вас, прекрасных и добрейших людей, собирается сделать меня богатым человеком? Ужасно интересно!
– Процедура проста, это будет аукцион акций на покупку выставленных 28 % компании «Отели Платинового побережья», которые принадлежат мистеру Эдварду Харрингтону. Участники аукциона – мистер Антонио Челлини, миссис Рис-Карлтон и мисс Виктория Рис-Карлтон. Они должны положить свои заявки в конверты, которые будут вскрыты здесь в присутствии моих коллег.
– Мистер Харрингтон, мы вас пригласим, как только процедура будет закончена, – сказал Кингсл Клейн.
Эдвард неохотно вышел из комнаты.
– Прошу вас подавать заявки, – предложил Николас Вагнер.
– Конечно, – Антонио вытащил из кармана пиджака конверт и передал его адвокату.
Виктория достала конверт из сумки и бросила его на стол.
Кристина не двигалась, хотя ее сердце бешено колотилось.
– Я не буду предлагать цену, – сказала она, и сама поразилась тому, как отчетливо и уверенно прозвучал ее голос.
Все в недоумении развернулись к ней.
– Могу я вас спросить, почему? – Вагнер от волнения снял очки и впился в нее своими совиными глазами.
– Потому что компания на сегодняшний день ничего не стоит.
Первым пришел в себя Антонио и сразу ринулся в наступление:
– О чем вы говорите? В своем ли вы, Кристина, уме? К чему глупости в таком важном деле!
– Я не сошла с ума, Антонио. Дело в том, что в настоящий момент проверкой компании занимается Управление по борьбе с наркотиками. И на все счета наложен арест.
Лица обоих адвокатов выражали панику. Виктория прикрыла глаза рукой. И только Челлини продолжал улыбаться непонятно чему.
Кристина встала и продолжила:
– Джеймс Моррис, наш бывший менеджер на Барбадосе, арестован в Лондоне. Он уже сделал заявление и представил доказательства, что компания «Отели Платинового побережья» использовалась для отмывания нелегальных доходов от торговли наркотиками и контрабанды оружием. А этот человек… – она показала рукой на Челлини, – руководил всей операцией.
– Да как вы смеете меня обвинять?! – продолжая улыбаться, с явной угрозой возразил Антонио. – Если ваш муж занимался подобной дрянью, то меня он в эти дела и не посвящал.
У Кристины засосало под ложечкой. Но она хотела быть достойным противником и, не дрогнув, спокойно ответила:
– Доказательства представлены в Управление по борьбе с наркотиками. Вы не все забрали из его сейфа на Барбадосе. Еще одни копии документов оказались в нашем доме в Англии. – Это было явной ложью, но у Кристины не было другого выхода.
Антонио мигом подскочил к ней. Его глаза пронзали ее насквозь:
– Я не верю. Вы блефуете! – прохрипел он. Кристина выдержала этот наскок и с улыбкой ответила:
– Поговорите с Денни Баскомбом.
Она в душе торжествовала, когда увидела, как побледнел Антонио. И добавила:
– Денни согласился дать показания при закрытых дверях. Вы прекрасно понимаете, чем это для вас закончится. Игра проиграна, мистер Челлини.
В комнате повисла гробовая тишина.
– Джеймс Моррис видел, как Санторини убил Стивена по вашему указанию. А Денни рассказал мне на Барбадосе, с какими предложениями вы к нему обращались. – Она молила Бога, чтобы не сорваться, и единственным источником силы был для нее страх, мелькавший в глазах Челлини.
– Проклятый Баскомб! Я давно предлагал Стивену избавиться от него, – вдруг взревел Антонио, потеряв самообладание. Потом вдруг подошел к Кристине и выпалил: – Я не убивал Стивена, этого вы мне не пришьете! Я всего-навсего попросил Санторини предупредить его. А Джино, проклятый мясник, решил по-своему. И никакой ответственности за него я не несу.