Голливудские мужья

После долгих раздумий Кори решил превратить дом Теда в приют. Он открыл его как пристанище для жертв СПИДа, которым больше некуда идти, и помогал им в последние тягостные дни, чтобы люди ушли из жизни достойно, и рядом находилась заботливая душа.
Уэс Мани едва не погиб. На его долю достались две пули, одна прошла рядом с сердцем.
Подстрелили и Силвер Андерсон, которая, забыв о себе, выскочила из машины, чтобы прийти на помощь мужу.
Черный седан тут же рванул с места, оставив их обоих лежать на земле, но Силвер удалось запомнить номер машины. Она подползла к «Роллсу» и набрала номер полиции.
Еще одна голливудская драма! Пресса была в экстазе. Одной Силвер Андерсон достаточно для того, чтобы тиражи все время повышались!
Их тут же отвезли в больницу. Уэса прямиком положили на операционный стол и удалили две пули, а Силвер отделалась легким испугом – пуля оцарапала ей плечо, вызвав незначительные разрывы тканей.
– Завтра можете идти домой, мисс Андерсон, – было сказано ей.
Но Силвер оставалась в больнице, пока Уэса не перевели из отделения интенсивной терапии и вычеркнули из списка тяжелых больных. Когда он вернулся в реальный мир, она сидела рядом, без грима, без укладки, в помятом спортивном костюме.
– Как ты посмел! – было первое, что она ему сказала. – Если ты думаешь, мистер Мани, что тебе удастся от меня улизнуть, – ты ошибаешься! Ты мне нужен, бармен. И никогда об этом не забывай!
Чтобы привести его в норму, она даже отказалась от своей программы на «Эн-Би-Си» и лично готовила ему суп из жирного цыпленка и подгорелую яичницу.
– Силвер, – слабым голосом умолял ее он, – если ты и вправду хочешь, чтобы я поправился, бросай готовить!
Благодаря бдительности Силвер черный седан удалось найти – он принадлежал Солу Виногратски, ключевой фигуре в наркотическом бизнесе. Через несколько часов его арестовали по обвинению в покушении на убийство.
Нора Карвелл решила, что для всех этих игр стала слишком стара – пора в отставку. Она бросила курить и переселилась к своей сестре во Флориду.
Перед отъездом она была счастлива присутствовать на ленче примирения между Силвер и ее дочерью Хевен. Похоже, эти двое наконец-то нашли общий язык.
Реба Виногратски возглавила бизнес своего мужа, который отбывал срок за покушение на убийство; самое смешное, что он вляпался в эту историю по чистой глупости. Всему виной эта дурацкая газетенка – «Скандал». Напечатали, что у нее был роман с Уэсом Мани. Ну, знаете ли!
Да и она хороша – оставила эту дешевку на полу в клозете, а Сол во время своего сортирного марафона взял ее и прочитал.
– Уж не тот ли это ублюдок, который оторвался с моими денежками? – вскричал он.
Ну как он думает, сколько Уэсов Мани женились на Силвер Андерсон?
– Тот, Сол.
– И ты с ним трахалась?
– Да, Сол. Мы с тобой были тогда как бы в разводе. А ты тогда штопал эту культуристку с большими бицепсами, помнишь?
Сол был человеком темпераментным. И стрельбу устроил именно он.
Жить с отцом – Хевен от этого тащилась. Это же только подумать! Она – дочка самого Захарии Клингера! Такой важный, такой богатый и могущественный человек – ее родной отец! Сначала она смотрела на него с благоговейным трепетом, но постепенно, с помощью Беверли, они стали сходиться поближе.
Да и с матерью отношения вроде бы налаживались. После того, как в нее стреляли, они общались постоянно, хотя общение и не было очень тесным – но Хевен это вполне устраивало. Наконец-то она обретала настоящую семью!
А ее песня держалась на первом месте. Ну, вообще!
Но самое клевое – она и Пенн Салливен стали новой голливудской парой. Пенн в свои двадцать три года уже мог опекать ее, как старший друг, но при этом был достаточно молод и вполне ее понимал.
И в обществе друг друга они ловили настоящий кайф.
Когда у Захарии К. Клингера случился легкий сердечный приступ, у его постели сидели дочь и Беверли – маленькая семейная ячейка.
Именно по таким отношениям Хевен тосковала всю свою жизнь.
Сразу после пожара на яхте Рокки был выброшен в свободное плавание. Захария К. Клингер за королевскую сумму выкупил его часть контракта и отсек его, избавил от него Хевен раз и навсегда.
А Хевен словно этого и не заметила.
Рокки купил «Порш», полный шкаф новых шмоток и квартиру на крыше многоэтажного дома в Марина-дель-Рей.
Он встретил амазонку с нордическими чертами лица, голос ее напоминал похрустыванье песка в дождливый день.
– Я из тебя сделаю рок-звезду, девочка, – пообещал он ей.
Чем и занимается до сих пор.
Лорд Марк Рэнд остался в Голливуде и поставил фильм для Зеппо Уайта и «Орфея». Зеппо почему-то решил, что человек с титулом сделать лажу просто не может.
Режиссерский дебют Марка оказался провалом года. К счастью для него, на вечеринки его по-прежнему приглашали охотно. В конце концов, лорд есть лорд, а желающих покичиться аристократическим знакомством в Голливуде пруд пруди.
Джек Питон помогал при рождении своего первого ребенка со всем апломбом бывалого папаши. Он принял ребенка, едва доктор извлек того на свет, какое-то время держал его на руках, потом любовно положил на живот Джейд.
– Мальчик, – сказал он в шестой раз после появления новорожденного на свет.
– Мальчик, – счастливо пробормотала она. – Надеюсь, похож на папочку?
– Посмотри сама.
Она подняла голову.
– Красавец! А волос сколько!
– Мне кажется, мы должны пожениться, – сказал он серьезно.
– Почему?
– Потому что, черт возьми, я тебя люблю! – сказал он с досадой в голосе.
– Давай останемся свободными, – предложила она.
– Да почему?
Она улыбнулась.
– Потому что, черт возьми, я тебя люблю!