Звезда смерти
Когда они вернулись в отель, Гус Бранхард, торжествующий и веселящийся, был уже там.
— Главный судья поручил мне на суде выполнять функции специального обвинителя, — сказал он. — Я проведу следствие с целью выяснить причины, повлекшие за собой события прошедшего вечера и ночи и об этом ложном обвинении. В моей власти задержать слушание дела, вызвать в суд нужных свидетелей и допросить их под детектором лжи. Макс Фейн получил распоряжение помогать мне. Работа идет к завершению. Завтра мы подключим к этому шефа полиции Дюмона. Может, нам удастся собрать сведения о Нике Эммертоне и Викторе Грего, — он громогласно рассмеялся. — Думаю, это доставит некоторое беспокойство Лесли Кумбесу.
* * *Герд снизил кар и сделал круг над прямоугольной ямой. Она имела пятнадцать футов в длину и двенадцать в глубину. Рядом с ней валялись лопаты, а чуть в стороне стояли две мусорные шаланды. Как только кар совершил посадку, навстречу ему поднялись пять или шесть человек в рабочих комбинезонах и сапогах.
— Доброе утро, мистер Хеллоуэй, — сказал один из них. — Это сразу же холмом. Мы ничего там не трогали.
— Пожалуйста, расскажите еще раз, что вы видели. Мой партнер не слышал этого.
Мастер повернулся к Герду.
— Около часа назад мы произвели два взрыва. Один из людей, укрывшихся за краем холма, увидел как Пушистики выбежали из-под выступа скалы и побежали по этой впадине, — он указал рукой. — Он позвал меня, и, спустившись, я нашел место, где они разбили лагерь. Здесь твердые породы, и поэтому мы используем довольно мощные заряды. Ударная волна испугала Пушистиков, вот они и убежали.
По высокой траве с рассеянными пятнами цветов они подошли к краю холма, миновав серые обнажения пород известняка в форме миниатюрных скал. Под нависающим выступом они обнаружили две диванные подушки, красно-серое шерстяное одеяло и остатки одежды, которые выглядели так, словно их использовали в качестве половых тряпок. Там также были сломанная ложка, старый ржавый нож и некоторые другие металлические предметы.
— Ну, ладно. Я поговорю с людьми, лишившимися одеяла и подушек. Вероятно, Пушистики разбили здесь лагерь прошлой ночью, когда ваша группа уже закончила работу, а сегодня взрывы потревожили их. Вы говорили, что они уходили этой дорогой? — спросил он, указав на маленький ручей, текущий с горы на север.
Ручей был глубокий и быстрый, поэтому Пушистики не могли перейти его вброд. Вероятно, они вернулись к подножью холма. Он записал имена рабочих и поблагодарил их. Если он сам найдет Пушистиков, то на основании полученной информации сможет решить, какое вознаграждение выплатить каждому.
— Герд, если бы вы были Пушистиком, куда бы вы побежали? — спросил он.
Герд взглянул на несшийся к подножью холма поток.
— Выше по течению стоит несколько домов, — сказал он.
— Я бы искал их там. Поднявшись по этой лощине, они могут прятаться среди скал, где их не достанут чертовы звери. Конечно, так близко к городу чертовы звери не подходят, но ведь Пушистики этого не знают.
— Нам надо не менее пяти каров. Я вызову дежурного офицера и посмотрю, чем он может мне помочь. К сожалению, Макс очень занят. Он по уши влез в следствие, начатое Гусом.
* * *Пит Дюмон, шеф полиции Мэллори-Порта, мог быть хорошим полицейским, но за время, что его знал Бранхард, он стал только тем, чем он был сейчас — пустой скорлупой несносного высокомерия. Пытаясь выразить на лице волю, он становился еще более неприятным. Он сидел в кресле, похожим на старый электрический стул или средневековый станок для пыток. На его голове был яркий шлем, а к различным частям его тела были прикреплены электроды. Позади него находился большой экран, переливающийся различными цветами, от темно-синего и фиолетового до розовато-лиловых оттенков. Но это происходило от нервного напряжения и гнева унижения человека, подвергшегося допросу под детектором лжи. Когда он говорил правду, экран светился спокойным зеленовато-голубым светом. Когда он начинал лгать и намеренно искажать факты, экран становился ярко-красным.
— Вы сами знали, что Пушистики не причинили никакого вреда этой девочке? — спросил Бранхард.
— Мне ничего не было известно, — возразил шеф полиции.
— Я знаю только то, что мне доложили.
Экран стал ярко-красным, и цвет этот постепенно перешел в пурпурный. Несомненно, Пит Дюмон усвоил правило определения истины.
— Кто доложил вам об этом?
— Лейтенант Воллар. Он дежурил в то время.
Детектор лжи согласился, что это была правда, и ничего, кроме правды.
— Вы знали, что на самом деле Ларкин сам избил девочку, а Воллер уговорил их свалить все это на Пушистиков? — спросил Макс Фейн. Но это был не вопрос, а утверждение.
— Я не знал ничего подобного! — завопил Дюмон. Экран вспыхнул красным. — Я знаю только то, что рассказали мне они. — Красный и синий цвета то и дело сменяли друг друга. Так происходило всегда, когда допрашиваемый пытался уйти от ответа. — Насколько мне известно, это сделали Пушистики.
— Нет, Пит, — терпеливо сказал ему Фейн. — Вы довольно часто пользовались детектором лжи, подобным этому, и должны знать, что вам все равно не уйти от правды. Вы знали о подлости, совершенной Воллером. Вам лучше признаться, что Пушистики никогда никого не трогали и эту девочку тоже. Ведь до тех пор, пока Воллер в штабе не поговорил с Ларкиным и его дочерью, никто даже не упоминал о Пушистиках.
Цвет на экране вылился в небесную голубизну.
— Да, это так, — признал Дюмон. Он опустил глаза, и голос его стал глухим. — Я говорил Воллеру, что все так и будет, но он рассмеялся и сказал, чтобы я забыл об этом. — Экран отобразил бушевавший в нем гнев. — Этот сын кугхры думает, что шеф полиции он, а не я. Одно мое слово, и от него не останется ничего.
— Теперь вы поумнели, Пит, — сказал Фейн. — Давайте начнем все сначала…
* * *Кар Джека, арендованный в отеле, вел полицейский капрал. Герд занял один из полицейских каров. Третий кар двигался между ними. Хотя расстояние и не позволяло им видеть друг друга, их рации были постоянно настроены на прием.
— Мистер Хеллоуэй, — это был полицейский, пилотирующий кар Герда. — Ваш партнер приказал опуститься и покинул кар. Теперь он связался со мной по портативной рации и сообщил, что обнаружил разбитый панцирь креветки.
— Дайте мне пеленг, — сказал капрал, поднимая машину выше.
Через несколько секунд они заметили второй кар, парящий над узким ущельем полевому берегу ручья. Третий кар заходил с севера. Герд сидел на корточках и что-то рассматривал, когда они опустились возле него. Как только они выпрыгнули из кара, он поднял голову.
— Так и есть, Джек, — сказал он. — квалифицированная работа Пушистиков.
Так оно и было. Они пользовались чем-то тупым и тяжелым, вместо того чтобы быть просто отделенной от туловища, голова была разбита. Панцирь, однако, был расколот снизу в обычной манере, и все четыре нижние челюсти были разломаны и чисто обглоданы, и это было сделано совсем недавно.
Они послали кары вверх, и пока те кружились над их головами, Джек с Гердом стали подниматься по ущелью, крича:
— Маленький Пушистик! Маленький Пушистик!
Они обнаружили маленький след, а затем еще один, в месте, где просочившаяся вода смочила землю. Герд что-то возбужденно заговорил в микрофон портативной рации, висевшей у него на груди.
— Один из вас продвинется на четверть мили вперед, а затем кругами вернется назад. Они где-то здесь.
— Я вижу их! Я вижу их! — донесся из динамика рации голос. — Они поднимаются по косогору среди камней, прямо перед вами!
— Следите за ними. Пусть кто-нибудь подберет нас. Попробуем перехватить их наверху.
Арендованный кар быстро спустился, и капрал открыл перед ними дверцу. Он даже не ослабил антигравитационное поле. Как только они забрались в кабину и закрыли за собой дверцу, кар снова взмыл вверх. Едва лишь холм провалился вниз, как и Джек увидел Пушистиков, поднимающихся по косогору среди камней. Их было только четверо, а одному из них все постоянно помогали. Джеку хотелось знать, что случилось с двумя другими Пушистиками и насколько серьезно ранен тот, которому требовалась помощь.