Пока молчат оракулы
"Может, он издевается? - мрачно подумал про себя Эккс. - Ну, сейчас я его обрадую!"...
Он поправил под мышкой тоненькую папку, в которой тяжким грузом лежал его рапорт об увольнении.
- Ничего хорошего, - мрачно сказал он вслух. Думал при этом Эккс уже только о том, когда ему лучше всего брякнуть рапорт на стол начальника.
- Что так? - по-прежнему умильно улыбаясь, поинтересовался Брилер.
Компьютер сделал, наконец, ответный ход - конечно же, единственный в данной позиции.
- Ну, что ж, - пробормотал Брилер, сосредоточенно вглядываясь в экран монитора. - А мы тебя - вот отсюда!.. - Он пощелкал клавишами. - Да вы присаживайтесь, Эккс, присаживайтесь. Что это вы как будто в рот воды набрали сегодня? Что-нибудь дома случилось? Или нездоровится?
- Мы потеряли след курьера, - мрачно возвестил Эккс, игнорируя последние вопросы своего шефа. - Мы не знаем, где он сейчас находится и чем занимается. Нам неизвестно, какую штуковину на этот раз прислали Бригадиру от Гефеста... Я уж не говорю о том, что фигуры этого самого Бригадира и Гефеста - для нас только темные силуэты. И наконец, вчера, при попытке задержания одного из главарей Легиона - бывшего субкомманданта Ченстоховича - ребята наделали много шума и вообще сработали непрофессионально. Поскольку очень скоро выяснилось, что Ченстохович - не Бригадир, а подошедший к нему парень - никакой не курьер, а случайный прохожий, попросивший закурить...
Дыхания у Эккса не хватило, и он, шумно вздохнув, уселся на краешек предложенного кресла. Папка жгла ему подмышку.
- Ну и что? - вдруг осведомился Брилер. - Думаешь, это тебе поможет? И не надейся!
Эккс удивленно вскинул голову, но, оказывается, сей риторический вопрос адресовался не ему, а компьютеру.
- Что с Ченстоховичем? - поинтересовался Брилер, оживленно манипулируя своим ферзем. - В смысле: что он сказал?
- Дело в том, что мы не успели задать ему ни одного вопроса, шеф, сокрушенно сказал Эккс. - По дороге в управление, этот негодяй разгрыз пломбу в коренном зубе, где была спрятана капсула с органическим ядом, а эта дрянь убивает мгновенно... Что же касается того парня - он чех по национальности - то его мы допросили весьма тщательно и потом все перепроверили несколько раз. Тут все чисто, Николь.
- М-да-а-а, - непонятно протянул Брилер, и Эккс так до конца и не уяснил, к чему относится это восклицание: не то к шахматам, не то к содержанию его доклада. - Тут мы недоглядели!..
Он еще с минуту смотрел на игровое поле, потом решительным жестом отодвинул от себя клавиатуру и повернулся к своему подчиненному.
- Тем не менее, лично я как начальник не вижу повода унывать, - почти весело воскликнул он.
Эккс непонимающе молчал.
- Давайте-ка предпримем небольшой мозговой штурм, Джон, - продолжал Брилер. - Уж извините за такое злоупотребление своим служебным положением: ведь в обязанностях сотрудников управления вовсе не входит думать, ядовито добавил он. - И, тем не менее... Судя по всем обстоятельствам вчерашнего эпизода, Ченстохович явно ждал встречи с прибывшим откуда-то из глубинки Сообщества курьером. Это, кстати, подтверждают и донесения от других... э-э... источников. Курьер этот на встречу так и не прибыл. Так? Так. Теперь вопрос. Что могло помешать ему выполнить задание по передаче "артефакта"?
- Ну, его могло что-нибудь спугнуть, - предположил Эккс. - Скажем, наша навязчивая опека...
- Но ведь курьер "отвязался" с самого начала, еще на аэровокзале?
- Да, это так. - Эккс задумался. - Нет, - сказал он после паузы, - не представляю!..
- А что, если с ним что-то случилось? В конце концов, все мы люди, все мы - человеки... Человек от Гефеста мог напиться, угодить под автокар, подраться... ограбить банк, наконец! Да мало ли чего еще могло с ним за полдня приключиться!
- Понял, - догадался Эккс. - Разрешите идти?
- Куда это вы собрались? - ехидно поинтересовался Брилер.
- Проверять сводки полицейского управления о происшествиях за вчерашний день, - сказал Эккс, уже совершенно забыв о содержимом своей папки.
- Совсем вы за немощную развалину держите своего горячо любимого начальника, - с притворным кряхтением сказал Брилер. - Смотрите сюда, Эккс, внимательно смотрите!
Он ткнул пальцем в клавишу своего чудо-компа, переводя его в режим видеопросмотра. На экране пошли кадры, снятые в каком-то зале, перегороженном стойкой со множеством окошечек. Эккс хорошо знал город и сразу узнал кассовый зал филиала Центрального Банка Евронаций. Поначалу там ничего не происходило. У окошечек переминались жидкие очереди посетителей, кто-то что-то писал, расположившись за конторскими столами в углу, кто-то изучал на стенах рекламные и деловые объявления, а в центре зала беседовали двое мужчин, причем тот, что стоял спиной к камере, показался Экксу смутно знакомым. Спина у человека была такая широкая, что почти полностью закрывала от объектива камеры лицо второго. Потом идиллия внезапно закончилась. В тот момент, когда один из беседовавших потянул второго к выходу, в зал ворвались трое разухабисто одетых молодых людей, с какими-то коробками под мышками, и окончательно ясно, что речь идет о вооруженном налете, Экксу стало тогда, когда налетчик, задержавшийся у входа в банк, повел стволом вверх, и экран ослепила короткая вспышка, после которой наступила только серая рябь помех...
Брилер вернулся к началу записи и снова прокрутил ее до того момента, когда мужчины, разговаривавшие в центре зала, двинулись к дверям вполоборота к камере. Здесь Брилер остановил кадр и покосился на Эккса.
- Ну-с, что скажете? - спросил он, торжествующе усмехаясь.
- Это же Ян! - воскликнул Эккс. - Ян Рамиров! А с ним - не кто иной, как наш пропавший без вести курьер! Неужели Ян теперь заодно с "бывшими"?! Ни за что не поверю!
- Я тоже, - быстро сказал Брилер. - Хотя... в нашем деле ни за что не следует ручаться, дружище Эккс. Теперь так. Как раз перед вашим приходом я звонил в полицейское управление, и мне любезно сообщили кое-какие подробности. Курьер имел неосторожность оказать содействие охране банка в обезвреживании налетчиков, но по недоразумению обменялся пулями с охранником, принявшим его и Рамирова за грабителей... Когда прибыла полиция, курьер был уже мертв. Любопытно, что никакого "артефакта" при нем не оказалось. Какой отсюда следует логический вывод?