По ту сторону горизонта

— Я и не думаю.
— Тебе будет очень занятно с сестренкой. Ты будешь старший, будешь знать обо всем намного больше и всегда сможешь показывать ей все и объяснять. Ты будешь главным.
Ответа не последовало.
— Разве ты не хочешь иметь сестренку?
— Не эту.
— Почему?
Теобальд отвернулся; можно было расслышать, как он бормочет под нос: «Чертова старая баба! — и потом, громче: — И сигары ее воняют!»
Тройственное совещание было прервано.
Дождавшись, пока мальчик заснул — во сне его телепатические способности, похоже, бездействовали — Гамильтон сказал жене:
— Он явно отождествил в уме Жюстину с Карвалой.
Филлис была с ним согласна.
— По крайней мере, мне стало легче, когда я знаю, что он держит зуб не на меня. Но все равно, это очень серьезно. Наверное, стоит пригласить психиатра.
Спорить Гамильтон не стал.
— Но и с Клодом я посоветуюсь тоже.
Мордана случившееся отнюдь не расстроило.
— В конце концов, — заявил он, — кровные родственники и должны питать друг к другу неприязнь. Это естественно. Азы психологии. Если вам не удастся уговорить его смириться с появлением сестры — значит, придется воспитывать их порознь. Некоторое неудобство — не более того.
— А как насчет его странной идеи?
— Я не психиатр. Но не стал бы придавать этому излишнего значения. У детей часто возникают странные представления. Если не обращать особого внимания, со временем это проходит.
Психиатр придерживался той же точки зрения. Однако пошатнуть убежденности Теобальда ему не удалось. Мальчик составил себе мнение, придерживался его и отказывался его обсуждать.
Если оставить в стороне фантастическое заблуждение Теобальда, то фактом первостатейной важности оказались способности телепата устанавливать местонахождение личности, которой он никогда не видел и о самом существовании которой не имел оснований подозревать. Это был весьма увесистый кирпич для здания Великого Исследования. Считая это своим долгом, Гамильтон рассказал обо всем Каррузерсу.
Того история заинтересовала. Он задал кучу вопросов, потом ушел домой и всю ночь обдумывал ситуацию. Наутро он позвонил Феликсу.
— Заметьте, я не настаиваю, чтобы вы так поступили. Даже не прошу. Это ваша жена, дочь и сын. Однако, на мой взгляд, нам представляется уникальная возможность…
Гамильтон подумал.
— Я отвечу вам завтра.
— Как ты на это смотришь, — спросил он у Филлис, когда ночью они остались вдвоем, — не отправиться ли тебе в Буэнос-Айрес, чтобы родить Жюстину там?
— В Буэнос-Айрес? Но почему именно туда?
— Потому что там находится единственная на Земле машина-телепат. И переместить ее из лаборатории холода невозможно.