Не убоюсь я зла

Видя, что молоденькая девушка так взволнована, Иоганн не стала сопротивляться и отправилась в постель. Рыжеволосая сестричка перевела дыхание.
– А теперь, если вы будете крепко держаться за мою шею, я подниму ваши ноги. Несносная девчонка! Так меня испугать!
Иоганн не старалась ей помочь.
– Вини…
– Да, дорогая? Позвольте мне уложить вас в постель! Доктор будет ужасно злиться.
– Не так быстро. Если вы хотите пожаловаться, то идите жалуйтесь. Я могу держаться за кровать и не упаду.
На лице сестры отразилось отчаяние.
– Вы хотите, чтобы меня уволили, мисс? Или занесли в черный список? Что я вам сделала плохого?
– Вини, дорогая…
– Да?
– Не стоит говорить доктору Гарсиа.
Иоганн обняла ее за талию. Сестра покраснела, но не отстранилась.
– Но я обязана. Я должна сообщать ему обо всем.
– Но не на этот раз. И я тоже ничего ему не скажу. Совершенно секретно, знаем только вы да я. И больше никто.
– Хорошо. Я не буду говорить, если вы не скажете.
– Обещаете?
– Обещаю.
Иоганна поцеловала ее. Вини не отстранилась, но казалась удивленной и слегка напуганной. Затем она задержала дыхание, приоткрыла губы и ответила на поцелуй.
Когда они оторвались друг от друга, сестра сказала:
– За это меня тоже могут уволить.
Она не пояснила, за что именно. Казалось, она не замечала того, что Иоганн свободной рукой поглаживала ее грудь.
– Ну хорошо. Остановимся на этом, и я лягу в постель… Нет, не помогайте мне, я сама управлюсь.
И Иоганн доказала это – легла сама. Сестра накрыла ее простыней, и сразу же ее лицо приняло официальное выражение.
– А теперь давайте оденемся. – Она нагнулась, чтобы поднять халат и накидку. – Какая капризная девочка! Раскидала свои одежки по полу. И так меня напугала!
– Выкиньте их на помойку. Я не буду их носить.
– Ну-ну, дорогая. Вам не обязательно носить накидку. Всего лишь халат. Хотите, я принесу новый?
– Вини, я больше не собираюсь носить эти идиотские ангельские наряды. Вы можете оставить накидку. Но халат я носить не буду. Лучше останусь голой.
– Доктор Гарсиа…
– Перестаньте угрожать мне доктором Гарсиа. Мы уже обсудили это, не так ли? Сестра закусила губу.
– Да…
– Его не касается, сплю я голая или нет. И я буду спать голой, пока мне не принесут что-нибудь приличное. Вы ночуете здесь? Может быть, вы одолжите мне ночную рубашку? Или пеньюар.
– Да, я сплю здесь. Но я не могу одолжить вам рубашку, потому что я и сама сплю раздетая.
– Что ж, это разумно.
– Но в вашем доме есть халаты, и белье, и все такое. В вашей гардеробной.
– Черт возьми! Кто их заказал?
– Я не знаю, мисс Смит. Их принесли и сложили там, когда стало ясно, что они вам понадобятся.
– Хорошая организация. Вы уверены, что они моего размера? Хотя я и сама не знаю, какой у меня размер.
– Они подойдут. Я сама измеряла вас.
– Отлично! Найдите мне наиболее женственный пеньюар… я буду тренироваться.
– С удовольствием.
Сестра вышла.
(– Бабник!
– Что за ерунда, Юнис! Конечно, она симпатичная девочка… но я просто вдруг понял, как с нею следует обращаться. Пришлось порыться в своей памяти. Давно уже не практиковался.
– Но вам это понравилось.
– А вам разве нет?
– Конечно, понравилось. Она замечательно целуется. И я вовсе не ханжа в этих вопросах. Кто был шокирован, когда я сказала, что с девушками может быть совсем неплохо? Вы, старый лицемер. И бабник.
– Юнис, вы должны меня понять. Я почти век имел дело только с девушками. Неужели вы думаете, что я могу измениться за ночь? И поверьте мне, я почувствую себя извращенцем, когда какой-нибудь мужчина прикоснется к нам. Вероятно, я потеряю сознание.
– Бедный босс. Не волнуйтесь. Юнис вас научит. Я-то знаю, как надо целовать мужчину.
– Надо думать, что умеете.
– Разве я сказала что-то непристойное? Ничего. Я знаю, как это делают… Он, видите ли, потеряет сознание! Подумать только!
– Послушайте, маленькая всезнайка, я не давал вам повода называть меня бабником и педерастом в одной фразе. Вы сможете прочитать мои мемуары позже. Кстати, о Вини… Вы думаете, она любит девушек? Ведь я видел, что ей было приятно.
– Хм… Я думаю, что она просто очень славная, хотя вполне могла бы гулять по обеим сторонам голубой улицы. Если вы хотели спросить, не лесбиянка ли она, то я готова поспорить на что угодно, что это не так. Ей гораздо интереснее быть с мужчинами. Понаблюдайте за ней, и вам станет ясно.)
Вини вернулась, держа в обеих руках по пеньюару.
– Я думаю, что…
– Вини.
– Да, мисс Смит?
– Никаких больше «мисс Смит». То есть вам не надо называть меня «мисс Смит». После того как вы меня поцеловали. Или я это неправильно поняла?
(– Бабник!
– Умолкните. Юнце. Она будет нам полезна.)
Сестра ничего не ответила, только покраснела.
– Будем считать, что вы ответили, дорогая, – мягко сказала Иоганн. – Так что называйте меня… нет, черт возьми, я не хочу, чтобы вы называли меня Иоганном. Мне нужно новое имя. Вини, дорогая, какое женское имя ближе всего к Иоганну?
– М-м… Иоганна.
– Боже упаси. В моей семье уже есть одна Иоганна. А еще какое?
– Ну… вы можете называться Джоанной.
– Отлично! Вы дали мне имя. Я думаю, что теперь вы моя крестная мать. Вы не против быть крестной матерью старика, который только что родился заново, но в качестве женщины?
Вини улыбнулась.
– Я польщена.
– Называйте меня теперь Джоанна, а не «мисс Смит». Хм, теперь мне надо придумать промежуточное имя. «Юнис»…
(– Ну, босс, я тоже польщена.
– Да, дорогая, но пока помолчите.)
– …"Джоанна Юнис Смит». Вини, вы знаете, откуда это мое среднее имя?
– Я не должна знать, – ответила сестра, чуть помешкав.
– Значит, знаете. Это в честь милой и доброй леди, которая дала мне это замечательное тело… и я надеюсь, она слышит меня, где бы она сейчас не находилась. (Слышу, босс!) Положите эти пеньюары, подойдите ко мне и назовите меня моим новым именем. Я хочу, чтобы все было по-настоящему.
Маленькая рыжеволосая сестра робко подошла к постели и склонилась над пациенткой.
– Я нарекаю тебя «Джоанной Юнис», – и поцеловала ее.