Создания света — создания тьмы
— Не называй меня своим братом, — произносит Гор, поднимая древко стрелы.
— Но мы действительно братья, — говорит Принц — по крайней мере, сыновья одной матери. Гор опускает руку.
— Я не верю тебе!
— А от кого же, по-твоему, ты получил свои богоподобные таланты? От Осириса? Хирургия могла дать ему цыплячью голову, а его собственная сомнительная наследственность — способности к математике, но ты и я — меняющие облик, — сыновья Пеплы, Ведьмы Лоджии!
— Будь проклято ее имя!
Принц внезапно появляется перед ним, и в тишине раздается звук пощечины.
— Я мог бы убить тебя сотню раз, пока ты стоял здесь. Но не стал, потому что ты мой брат. Я мог бы убить тебя сейчас, но не убью. Причина та же. Я не ношу оружия, поскольку совсем не нуждаюсь в нем, и не таю злобы, иначе бремя моей жизни стало бы невыносимым. Но не тебе судить о нашей матери, ибо ее пути ведомы только ей. Я в равной степени не порицаю и не восхваляю ее. Я знаю, ты пришел сюда убить меня. Если хочешь получить такую возможность — попридержи свой язык, брат.
— Ладно, больше не будем о ней.
— Очень хорошо. Ты знаешь, кем был мой отец, знаешь и то, что я не новичок в воинском искусстве. Я дам тебе шанс убить меня в схватке, но только если ты сначала кое-что для меня сделаешь. В противном случае я исчезну, найду еще кого-нибудь себе в помощники, а ты можешь провести остаток своих дней, разыскивая меня.
— Наверное, это оракул и предвещал, — говорит Гор, — и он сулит мне дурное. Однако я не могу упустить случай исполнить свою миссию раньше, чем этого добьется эмиссар Анубиса — вот этот Оаким. Я не знаю его сил, которые могут и превышать твои. Я буду соблюдать перемирие, выполню твою просьбу, а потом убью тебя.
— Этот человек и есть посланец Дома Мертвых? — Принц долго смотрит на Оакима.
— Да.
— А ты знал это, мой Ангел Седьмой Станции?
— Нет, — откликается Фрамин с легким поклоном.
— И я не знал, Повелитель, — вторит Мадрак.
— Тогда разбуди его. И Генерала.
— Если ты сделаешь это, — замечает Гор, — считай, что я тебе ничего не обещал.
— Разбуди обоих, — повторяет Принц и складывает руки на груди.
Фрамин поднимает трость — зеленые огни падают на два распростертых тела.
Ветер завывает с удвоенной силой. Гор смотрит то на одного, то на другого, и лицо его спокойно: — Ты встал ко мне спиной, брат. Повернись, я хочу видеть твои глаза, когда свершится мое желание. Сейчас я ничего не должен тебе. Принц оборачивается:
— Эти люди тоже нужны мне. Гор качает головой и поднимает руку. Вдруг: — Какая трогательная встреча, — заполняет комнату голос, — наконец-то три братца собрались вместе!
Гор отдергивает руку как от змеи — тень черной лошади лежит между ним и Принцем. Он закрывает глаза рукой и опускает голову. — Я забыл, — говорит он, — из того, что я сегодня узнал, следует, что я — и твой… родственник.
— Не принимай слишком близко к сердцу, — произносит голос, — ведь я знал это тысячу лет и ничего, прожил и с этим.
Оаким и Генерал просыпаются от смеха, похожего на свист ветра.