Приди ко мне не в зимней белизне

Разумеется, они хотели остаться вместе. Ему не понадобилось спрашивать. Вдвоем, вместе, в безвременной комнате, где они обрели любовь, в комнате, куда Карл Мейнос уже никогда не войдет. Он все ещё любил её. Изменить это было невозможно. А потому у него имелось только два выхода. Он мог бы трудиться весь остаток своей никчемной жизни, чтобы платить за энергию, необходимую для функционирования комнаты. Или он мог отключить её. Но тогда бы ему пришлось ждать - ждать, чтобы Время-Победитель превратило его всепоглощающую любовь в такую ненависть, какая вынудила бы его прекратить функционирование комнаты. 
Он не сделал ни того ни другого. Оказавшись перед таким выбором, он избрал третий выход, которого у него не было никогда. 
Он подошел к панели и сделал то, что требовалось сделать, чтобы ускорить Время в комнате. Теперь в этой комнате даже Время умрет. 
А потом, никчемный, недостойный, он ушел, Иоланда сидела и читала. Снова Неруду. Она всегда возвращается к нему! 
А на кровати разлагалось то, что было Лорой. Время, не зная, что все, включая его, станут жертвами, нагнало упущенное и наконец отпраздновало победу. 
"Приди, о крохотная жизнь, - читала она, - летящая на крыльях земли, льдистая, хрустальная, сквозь громыхающий воздух, что разбивает изумруды на острые осколки. О воды дикие, обрушьтесь со снежной бахромы!" 
Люби, люби, покуда ночь не рухнет 
с кремней поющих Андов 
на алые зари колени, 
явись и посмотри на сына снегов слепого. 
Она положила книгу и откинулась на спинку, закрыв глаза. И годы для неё неслись стремительно.