Во имя любви: Искупление
– Спасибо, сынок! В следующий раз! – отозвался Атилиу. Он не спеша прогуливался с Эленой под руку, следуя за ней по стране воспоминаний.
– Посмотри, Атилиу, – говорила Элена, показывая на узкую скамейку у самой стены, увитой зеленью, – вот здесь мы любили сидеть с Виржинией, когда были маленькими. Мы всегда дружили с соседкой Мафалдой и прибегали к ней за сластями и лаской, особенно после смерти мамы. А мы жили вон там. – И она махнула рукой в сторону.
Атилиу повернул голову и увидел небольшой домик в глубине двора.
– А что в нем теперь? – заинтересовался он.
– Понятия не имею, – недоуменно пожала плечами Элена. – Спроси у Мафалды. После того как отец переехал, он все оставил им.
– Замечательно! – обрадовался Атилиу. – Вот и помещение для будущей клиники Сезара и Аниты. Я сделаю проект, переделка обойдется гораздо дешевле, чем строительство. Сезар сможет купить более совершенное оборудование, да и времени пойдет на переделку гораздо меньше. Думаю, месяца через три они могут приступить к работе. Для начала большое помещение им не нужно, так ведь, дорогая? Как ты думаешь?
– Думаю, что ты прав, как всегда. – Элена одарила мужа лучистым взглядом своих темных глубоких глаз, и Атилиу с нежностью поцеловал ее.
– Ну так пойдем обрадуем Сезара, поговорим с Мафалдой и посмотрим, что делается в вашем бывшем домике.
Атилиу с присущей ему энергией уже готов был приняться за проект, не теряя ни минуты.
Элена рассмеялась.
– Может, повременим чуть-чуть? – спросила она.
– Ну разве что чуть-чуть, – согласился Атилиу, слыша радостные вопли «ковбоев».
Они уселись на скамейку у стены.
– В юности мы делились на ней секретами, – продолжала вспоминать Элена, – а когда я разошлась с Орестесом и жила некоторое время у отца, здесь играла Эдуарда с Сезаром.
– Не поставить ли здесь мемориальную доску? – шутливо спросил Атилиу.
– Прекрасная идея! – отозвалась Элена. – Многим из нас памятна эта скамья – Орестесу, Аните…
– Раз Сезар занят, пойдем порадуем Аниту идеей насчет помещения, – предложил Атилиу, ему не терпелось узнать мнение своих молодых друзей.
Анита, Милена, Эдуарда хлопотали вокруг Сандры, наряжая ее, – она должна была выдавать призы за родео.
– Не забудьте призы! – воскликнула Эдуарда, и Анита побежала к Мафалде за призами – это могло быть только ее несравненное печенье в виде всевозможных зверушек, которого она напекла целую гору.
– Атилиу! Давай будем говорить о делах завтра! – потянула мужа за рукав Элена.
– Ладно! – со вздохом согласился он. А на лавочку уже уселись Бранка и Лидия, им тоже нужно было посекретничать.
– Ты сейчас просто умрешь со смеху, – говорила полушепотом Бранка, – я тебе скажу такое!
– Ну-ка, ну-ка, – наклоняла к ней ухо Лидия.
– Сейшас всерьез за мной ухаживает и дает мне понять, что у него самые серьезные намерения. – Бранка от души расхохоталась.
– Поздравляю! Мне кажется, он вполне достойный кандидат, – вместо того чтобы тоже расхохотаться, сказала Лидия.
– Да брось ты! Как дама я давно подала в отставку! – отмахнулась Бранка.
– Какие наши годы! – шутливо возмутилась Лидия. – Да мы с тобой любой молодежи сто очков форы дадим!
– Ну не говори! Возраст у нас опасный. Вот Изабел моложе нас, а…
– Что с ней? Я ничего не знаю.
– Рак. Сказали, дни сочтены. Лежит одна-одинешенька в клинике, желтая, высохшая – мумия да и только. Я тут ее навестила по старой памяти, так она чуть не расплакалась, так была растрогана.
– Я тоже схожу ее навещу, – решила Лидия. – Какая бы она ни была, а умирать ей в одиночестве страшно.
Тут прибежал Марселинью звать их на вручение призов. Улыбнувшись, обе поднялись с лавочки.
– Господи! До чего же у нас стала большая семья, – сказала с удовлетворением Бранка, оглядывая взрослых, что расселись в качестве публики на церемонии вручения призов. – Катарина еще больше похорошела с тех пор, как стала работать визажисткой. А у Леу того и гляди брюшко появится от сидячей жизни! Эх, нет с ним рядом матери, чтобы его растрясти как следует!
Мег и Тражану были только в церкви, у них сейчас самое хлопотное время – последние дни перед свадьбой. Выдают замуж Наталью за Родригу. Поэтому и Виржинии нет. Они с Натальей поехали квартиру смотреть. Парочка вышла что надо! Наталья повзрослела, стала серьезной. Окончила колледж, стала преподавателем. А Родригу, заимев практику в качестве юриста, повеселел и перестал быть занудой. Теперь Виржинии осталось только Жулию пристроить, а там и сама может замуж выходить за своего неизменного поклонника.
Бранка покрутила головой, ища Сирлею и Педру. Уж насколько она когда-то не любила эту парочку, но прошли годы, она и с ними примирилась. Ведь кто, как не Сирлея, задает теперь балы и праздники, держит открытый дом для своего мужа-коммерсанта, а заодно и для всех своих родственников? И опытом Бранки не пренебрегает. Бранка для нее – царь и бог, без ее совета ни одно празднество не обходится. И надо сказать, они с Сирлеей не ударили пока лицом в грязь, их праздники по-прежнему лучшие в Рио. Так по крайней мере считала Бранка. Наконец она увидела, где сидит Сирлея, и послала ей воздушный поцелуй.
Лучшим наездником оказался Луисинью, а лучшим «конем» – Сейшас.
– Старый конь борозды не портит, – прошептала Лидия Бранке, заметив, как молодцевато поглядывает Первый призер на подругу. – Я бы на твоем месте подумала.
– Я думаю, нам нужно с тобой пойти и поставить свечку, да потолще, Деве Марии. И еще как следует поблагодарить гадалку. Что ни говори, а она нам очень помогла!
Поздно вечером, перемыв с Мафалдой всю посуду и собираясь идти спать, Анита вдруг побледнела, почувствовав головокружение и тошноту. Больше сомнений не было! Она смело могла сказать Сезару о той радостной новости, которую вот уже несколько недель таила в себе.
– Помогла? Последняя методика, которую ты пробовала, помогла? – стал спрашивать радостный Сезар.
– Помогла любовь, Сезар. Только любви подвластно все, и только она помогла нам превозмочь все, что мы натворили во имя любви, – ответила мужу счастливая Анита.