Лунный скульптор. Книга 11 (ЛП)

Чха Юнхи надула губки:
— Не стоит так восхищаться. На самом деле, это не мои слова, так говорил один из моих бывших пациентов.
— Правда? А чем он занимался?
— Он был писателем.
— Что? И такое сказал писатель?
— Конечно, писатели ведь тоже люди. Он тогда приходил ко мне по причине боязни смерти в одиночестве. Еще его угнетало то, что из-за облезшего в кастрюле покрытия, приходится раз за разом отскребывать от стенок подгоревшую кашу!
— …
— Ну и как финал там были симптомы ухода от реальности.  Он говорил, что ему надоело всё время есть в одиночестве, поэтому по несколько раз за день, он питался в первых попавшихся забегаловках, где и подпортил себе желудок. Оттуда же и пошла его страсть собирать купоны 'китайской кухни', 'ресторанчика отварной свинины' и 'жареной курицы'.
— Так купоны собирать это ж классно. Можно бесплатно покушать.
— Если б вы увидели ту многометровую, сделанную из тридцати видов купонов, башню вы бы так не говорили. Кроме того, в самых худших периодах, если верить его словам, он не выходил из дому на протяжении шести месяцев. Все это время он только писал и писал.
— ...
Медсестры потеряли дар речи. Потому что в совокупности, все эти симптомы говорили о том, что такого человека нормальным назвать нельзя.
— Ну это же тяжелое заболевание. Даже и не верится, что такой больной писатель мог так ясно говорить о жизни и ценности времени.
— Возрастом он не сильно отличался от сегодняшней пациентки. Да и к тому же нам всем  неизвестно сколько осталось жить. Может это всего десять или двадцать лет. Вот и он не знал сколько еще успеет написать за оставшуюся жизнь книг, но мечтал, чтобы их в итоге было как можно больше, пусть даже всего на одну строчку...
— Хорошая была мечта.
— Вы тоже так думаете? Еще он говорил, что нет ничего лучше, чем если бы читающие его книги люди, пусть и на мгновение, но стали хоть на чуточку счастливее. Ну или хотя бы посопереживали героям, окунулись в их приключения. А то мы, с возрастом, становимся черствее по отношению к другим людям.
— А знаете что доктор? Мне бы хотелось хоть раз утром, только открыв глаза, погрузиться в какое-нибудь потрясающее приключение.
— Угу. Теперь я надеюсь вы понимаете, что писатель тот же человек, просто пытающийся осуществить свои мечты посредством истории. И если бы он не имел веры в то, что его книги заставляют хоть какого переживать, то его жизнь в тот же момент потеряла бы всякий смысл. Поэтому-то он и пишет. Только вот...
— Что 'только вот'?
— Он обленился и, как говорит, в последнее время запаздывает с завершением рукописи. Лежит, выслушивает ропот читателей и бездельничает.
— ...
Завершив болтовню с медсестрами, Чха Юнхи вспомнила о Королевской дороге.
Играя за оркчиху Сээчви, она и думать не могла что, имея столь низкий уровень, сможет отправиться в путешествие на выполнение высокоуровнего задания.
'Интересно, я правильно сделала что последовала за Виидом?!'
В путешествии, Юнхи главным образом выполняла рольносильщика или была лидером группы. Последнее случалось только из-за того, что имея класс орка-командира и являясь лидером, он могла немного увеличивать мощь отряда.
Но все равно, даже при 'ничегонеделании' опыта она получала больше, чем если бы охотилась в одиночестве в одной из начальных локаций. К тому же ей было довольно интересно повышать имеющиеся у нее навыки: 'Уклонение от стрел', 'Увеличение скорости регенерации группы', 'Увеличение силы группы' и остальных.
'Чтобы путешествовать вместе с Союн я без раздумий начала игру за орков, но и у них неожиданно обнаружилось множество всевозможных плюсов'.
Однако помимо них у новой расы имелись и минусы. Например найти, для своего уровня, подходящий по размерам комплект доспехов было практически невозможно. Все потому, что кузнецы-орки в своей массе делали просто отвратные вещи, ну а с людьми торговля еще не наладилась. Но эта проблема, как и некоторые остальные, должна была решиться со временем, так как количество игроков-орков росло с ошеломляющей скоростью.
'Надо бы в обед попытаться ненадолго выбраться в Королевскую дорогу'.
В последнее время каждый раз когда Чха Юнхи задумывалась об игре, она становилась взволнованной и рассеянной. И это все происходило из-за одного человека.
Второй МЕЧ! Воин, который теснее всех сблизился с ней, оркчихой Сээчви, в игре. Даже при том, что они не много общались, Юнхи уже смогла почувствовать заботу, внимание и предельно трепетное к ней обращение. 
И хотя временами он совершал вздорные поступки, всё же ее тянуло к нему. Она радовалась получая идущую от его чистого сердца заботу. Радовалась когда он делал все возможное, чтобы защитить и оградить ее от всевозможных опасностей.
— Хихи.
На лице Чха Юнхи появилась легкая улыбка. Как же ей сейчас хотелось поесть вкусной жаренной рыбки в компании со Вторым МЕЧом. Но Юнхи нашла силы чтобы одернуть себя, перед ней стояло дело, которому ничто не должно было помещать.
'Надо сделать все возможное, чтобы Союн быстрее заговорила.'
Сейчас в лечении Союн проглядывался определенный прогресс. Пусть и в Королевской дороге, но она произнесла первое слово! Однако из-за того, что девушка долго не разговаривала, все время с того момента, она молчала.
— Ничего. Хоть разговаривать она и разучилась, но научиться этому вновь вполне реально.
В такие моменты не требовалось торопить события. Чха Юнхи ни в коем случае не хотела заставлять Союн говорить. Подобное поведение могло все значительно осложнить и пациентка только бы сильнее залезла в возведенную ею за десятилетие молчания раковину. Все должно было пройти естественно, инициатива должна была исходить от самой девушки в следствии какой-то причины.
— Интересно, как она сейчас там на лекции?
Чха Юнхи малость беспокоилась.
Все это время, даже потеряв голос, Союн ходила в школу. Потому как если бы с раннего возраста девушка находилась в больнице безвылазно, то потом ей было бы просто невозможно приспособиться к нормальному обществу.
В начальных и средних классах Союн получала образование посредством репетиторов, но начиная со старших - ходила как и подобает всем детям в школу. Конечно же это была не обычная школа, там в основном обучались 'особые' дети.
И еще, в прошлом году, она поступила в университет. Конечно из-за сложного психологического состояния ходить туда постоянна она не могла. Делала Союн это изредка, например как сейчас, направившись на первую для нее в этом году лекцию.
— Думаю все в порядке. Она не из тех, кто может что-то вытворить. Кстати, возможно там в группе она с кем-нибудь заговорит? Надо бы проверить...
Чха Юнхи возлагала большие и ничем не обоснованные надежды на подобные посещения. Но даже имея веру, она хорошо понимала, что вероятность подобного события ничтожно мала.
* * *
Поскольку за учебу были заплачены огромные деньги, Ли Хэн старался не пропускать ни одного занятия. Однако там, за прошедшее время, он так и не смог наладить отношения с окружающими. Если все другие активно участвовали в жизни университета, ходя на собрания, участвуя в кружках, научных проектах или в эфирах местного телеканала, то Хэн пока собирался посещал лишь занятия.
— Мне нужно получать не меньше чем 'С' за предмет. Тогда не придется идти на пересдачу и брать повторные курсы лекций.
Если бы Ли Хэн пропускал занятия, то это бы привело не только к выговорам со стороны деканата, но и к провалам на экзаменах, а там уже и к отчислению за неуспеваемость. Так что оплатив дорогостоящее обучение, он старался посещать все лекции, даже при том, что в коллективе о нем сложилось довольно плохое мнение.
Однако тот факт, что даже только при одной хорошей посещаемости, можно было надеяться на получение оценки 'С', вселял в Хэна здоровую порцию оптимизма.
Каждый раз приходя на занятия он садился в первый ряд, прямо перед профессором.