Жрец Лейлы

— 
Почему она до сих пор не выдала тебя? — Я вгляделся в морские переливы его глаз.
— 
Мы заключили временное соглашение, — последовала клыкастая и такая соблазнительная улыбка. — Но теперь она решила взять жизнь необычного мальчика. У того, которого она уже убила, такой ауры не было. Маги списали это изменение на шок, но я вижу правду. И лисичку она тронула зря. Твой двойник тоже догадывается. Хоть и выглядит благородным глупцом.
— 
А Регил? — вырвалось против воли.
Сирена покачал головой:
— 
Он не верит… не хочет верить. Слишком уж любит эту женщину, свою королеву. Но когда придет время, поверит и не станет колебаться.
Я лишь кивнул. У меня не осталось сомнений и вопросов.
— 
Как все-таки различаются жизни, если их повернуть другой стороной, — улыбнулся я яркой луне и звездам. — Но что делать с ее ребенком, который еще не рожден?
— 
А вот это не твоя забота, пришелец из другого мира, — внезапно отмел мои мысли собеседник. — Его я и лисичка возьмем на себя. Так что придержи свою жажду смерти и крови при себе, жрец Лейлы.
— 
Думаешь, я смогу убить собственную мать? — тяжело посмотрел я на него, и странное тягучее чувство зашевелилось
 в 
душе.
Морские глаза уставились в мои несколько недоуменно.
— 
Действительно, не сможешь. Какие странные запреты я вижу на твоей ауре.
— 
Пойдем, сирена Ралирин. Тебе же не терпится спеть свою Песню. Я прав?
— 
Абсолютно, — усмехнулся он.
Король Регил и его наследник резко остановились, когда из-за поворота коридора вышел принц Кристиан.
— 
Крис? — удивленно воскликнул Регил, глядя в серьезные глаза сына. — Ты тоже это слышал?
Тот резко кивнул.
— 
Настала пора посмотреть правде в глаза, отец. Идемте. Я знаю, куда их должны привести.
— 
Откуда?! — воскликнул Лилиан.
— 
У меня свои источники, — грустно усмехнулся принц. — Поторопимся. Я подозреваю, что твою жену будут убивать в первую очередь.
— 
Почему? — Он уже знал ответ, но все равно задал этот вопрос.
— 
Потому, что для жрецов Роя нет лучшей жертвы, чем оборотень, тем более истинный, — раздался звонкий ответ.
Братья и отец развернулись, и Регил тяжело вздохнул:
— 
Похоже, мы все в это впутаны.
— 
Она наша мать, — пожал плечами Кириан.
— 
Успеем ли? — тихо заметил как-то разом постаревший король.
— 
Рал уже движется в ту сторону, — тихо и сочувствующе ответил принц. — С ним человек, который может помочь.
— 
Что ж, поторопимся, — помолчав, предложил Кристиан. — Вся семья в сборе. — Ответом ему стали синхронные кивки согласия. Все были готовы увидеть то, во что не хотели верить все эти годы. Но сейчас королева Тамира переступила незримую черту, которую не стоило пересекать.
— 
Вернуть свою магию, вернуть своего бога, — улыбнулась королева Кириллу.
Мальчик беззвучно заплакал, прикованный тонкой прочной цепью к алтарю, на котором, распятая и одурманенная, лежала леди Лисиара.
— 
Двойная жертва… — Королева ласково провела по обнаженной груди девушки рукой. — Оборотень Истинный и родственная кровь, пролитая однажды. О вас двоих говорится в нашем пророчестве. Оно утеряно, но отрывки сохранились. И теперь мы можем возродить надежду в наших сердцах. Мирейя станет тем королевством, с которого начнет процветание.
Кирилл молча слушал женщину, как две капли воды похожую на его мать, и на сердце постепенно становилось легче, когда мысль о том, что настоящая Тамира Катани на самом деле покоится в фамильном склепе на Эмире, утверждалась в его сознании как незыблемый факт. Вокруг алтаря собрались люди, одетые в черное с красным. Стены залы увешаны картинами, гобеленами и… оружием. Взгляд приковал лук на противоположной стене, а под ним две перекрещенные стрелы, одна сломанная, вторая… она словно дразнила. Если бы добраться до них. Если бы…
«Ли…»
«Кирилл? — очень неуверенный отзыв. — Это ты?.. Как?»
«Кто ты?» Кирилл насторожился.
«Лилиан. Твой старший брат», — последовал уверенный ответ, но…
«Ты не тот, — категорично отзывается мальчик и снова стал звать, стараясь миновать двойника брата: Лилиан Катани!»
«Не кричи так, малыш, мы уже идем. Я близко», — позвучали знакомые интонации в ответ.
«Что я должен сделать? Она сейчас убьет Лисиару…»
Двойной вздох в ответ, но в одном ужас, а в другом напряжение. И один ответ:
«Держись. Ты связан?»
«Прикован. Но одной тонкой цепью».
«Сможешь попробовать порвать цепь?»
«Попытаюсь».
«Пытаться нельзя, малыш. Надо сделать. Как тогда. Помнишь, когда наемники хотели искалечить Криса? Услышишь Песню, закрывай сознание. Со мной сирена».
«Хорошо». — Облегчение накатило волной. Его брат, как всегда, невероятен. Он нашел сирену в этой забытой богами и магическими существами Мирейе.
«Кто ты? — Напряжение на краю сознания. — Кто ты?!»
«Уймись, принц, — тихий ответ брата. — Спасем твою жен
ушку и
 Кирилла, тогда все свои вопросы задавать будешь. А сейчас поспеши в храм и не мешай. Вы вообще ничего не должны были
услышать. Скажите
 спасибо таланту Кирилла».
Сирена одобрительно хмыкнул,
 подслушивая мысленный диалог.
— 
Похоже, 
вся
 королевская семья соберется сегодня в одном месте и вскроет все гнойные тайные нарывы, что накопились за годы молчания и невнимания друг к другу.
— 
Сначала
 мне здесь даже понравилось, — проворчал я. — А теперь 
чем
 дальше, тем сильнее хочется домой.
Рал 
извлек из
 ножен длинный узкий меч. Я тихо и непроизвольно ахнул, увидев ауру меча:
— 
Откуда у тебя это?
— 
Риан подарил, — ласково улыбнулся он. — Сказал, что нашел его специально для меня. Пришли… — Он указал острием на вставшее перед нами простое, почти невидимое в темноте здание.
— 
Пой!
И Ралирин запел… Мы ворвались в здание словно ураган, снося на своем пути людей, очарованных пением сирены, очень сильной сирены. Я чувствовал, что где-то за спиной появились четверо, которые умудрились довольно быстро найти место жертвоприношения. Мы явно облегчили им оставшийся путь.
Они нагнали нас в тот момент, когда я распахнул двери в главную залу.
Песня резко оборвалась.
На алтаре, распятая, лежала обнаженная рыжая девушка. Ее затуманенные глаза блуждали по лезвию кинжала, который занесла над ней хрупкая рука королевы.
А взгляд этой женщины, похожей на нашу мать, не отрывался от Кирилла, замершего у стены. Обрывок тонкой цепи болтался на ноге мальчика, а в руках… в руках он держал лук с натянутой тетивой, и стрела лежала, готовая вонзиться в плоть. С такого расстояния не промахиваются. Особенно Кирилл. И во мне поднялось воспоминание, когда я видел брата, стоящего вот так же в темноте коридора и натянувшего мой собственный лук.
— 
У тебя всего одна стрела. — Голос королевы звучал так, словно они были один на один с Кириллом. Впрочем, так, на
верное, и было. — Ты смог порвать цепь и натянуть лук только потому, что ты в шоке. Но ты никогда не учился из него стрелять.
— 
Ты плохо меня знаешь, — процедил Кирилл сквозь слезы, заливающие его лицо.
— 
Тамира… — раздался похожий на тихий стон возглас со стороны. Я чуть повернул голову, чтобы увидеть искаженное горем лицо Регила. — Что ты делаешь?