Однолюбы

– Уже привыкаю, – прошептала Элли непослушными губами, хотя на самом деле была ошеломлена настолько, что все завертелось у нее перед глазами. Возможно ли поверить в такое счастье? Неужели Дэниел ее любит? Но ведь он еще не произнес этих слов… – Я люблю тебя, Дэниел, – призналась она севшим голосом. – Я ужасно тебя люблю!
Обеими ладонями он обхватил ее лицо.
– И выйдешь за меня замуж?
– Как можно скорее, – задыхаясь, повторила она его слова.
– Я люблю тебя, Жизель Томсон, я тебя обожаю! – простонал Дэниел и, склонив к Элли лицо, начал целовать будущую жену.
Некоторое время в комнате слышались лишь томные вздохи и невнятное бормотанье. Элли казалось, что сердце ее вот-вот выскочит из груди от переполнявшего ее счастья.
Дэниел перенес Элли на диван и улегся рядом. В перерыве между сладкими поцелуями она взглянула в его глаза.
– Я должна тебе кое в чем признаться, – сказала она, и щеки ее вспыхнули. – В ту ночь, когда ты впервые приехал в наш отель, я пряталась…
– …в шкафу, – закончил Дэниел, прикрыв пальцем ее рот. – Да, я это знаю.
Ее зеленые глаза стали круглыми от изумления. Несколько секунд она не знала, что сказать, потом тихо спросила:
– И ты не хочешь узнать, что я там делала?
Дэниел отрицательно покачал головой:
– Ни в коем случае. Жена непременно должна иметь свои маленькие секреты и не обязана посвящать в них супруга. Можешь прятаться в моих шкафах сколько захочешь – если, конечно, снова не надушишься своим «Сапфиром». А может, и я к тебе присоединюсь.
Он шутливо ткнул Элли в бок и снова прильнул к ее губам. Элли ответила на поцелуй с такой страстью, что оба тут же забыли обо всем на свете. Элли не знала, можно ли любить кого-то сильнее, неистовее, преданнее… Ее чувство причиняло ей почти физическую боль.
А потом Дэниел овладел ею, и боль прошла, а мир вокруг вспыхнул праздничным фейерверком.
Вот она какая – ее первая и единственная любовь!..