Горец-дьявол

Каллен стал еще мрачнее:
— Поэтому мои люди присматривают за тобой. Чтобы обеспечить твою безопасность.
— А что, если один из них убийца?
— Джилли и Рори были малыми детьми, когда убили моего дядю, — возразил он, пренебрежительно махнув рукой.
— А если его смерть на самом деле несчастный случай? Они оба уже подросли, когда умерли ваш отец и Мэгги.
— Именно поэтому за тобой присматривают двое. Если один — преступник, другой наверняка нет. И ты в безопасности. Сейчас же возвращайся в башню — туда, где тебе надлежит быть, — рявкнул Каллен и, пройдя мимо нее в стойло, принялся водружать седло на своего коня.
Эвелинда, не обращая внимания на приказ, проследовала за мужем.
— Куда вы собираетесь?
— Я поеду к Коминам.
— Один? — Когда он молча обернулся и посмотрел на нее так, словно в жизни не слыхал более глупого вопроса, Эвелинда задала следующий вопрос: — Можно мне тоже поехать?
— Нет.
— Почему? Ведь с вами я точно в полной безопасности, — сказала она, подумав про себя, что, если Каллен тоже является возможной мишенью, нечего ему разгуливать в одиночестве.
— Жена... — Каллен запнулся, явно не находя подходящих слов.
Мак, до сих пор не без удовольствия наблюдавший за их препирательством, решил присоединиться к беседе:
— Хозяин, вам лучше уступить. Эта особа — из упрямых. Кроме того, девочке будет полезно немного подышать свежим воздухом. Она целую неделю провела взаперти.
Каллен секунду постоял в нерешительности и, вздохнув, сдался.
— Ладно, — сказал он и, повернувшись к коню, затянул подпругу. — Но ты поедешь в моем седле.
Эвелинда не стала протестовать. Конечно, она предпочла бы скакать на своей собственной лошади, однако не рискнула затевать ссору по пустякам. Вдруг муж передумает и не разрешит ей поехать с ним вместе?
— Каллен с Трэлином без конца устраивали разные проказы. А мы с матерью Каллена то не находили себе места от беспокойства, то от души веселились, глядя на их проделки.
Улыбнувшись в ответ на улыбку леди Комин, Эвелинда с любопытством поинтересовалась:
— Разве Тэвис не играл вместе с ними?
Задумчиво опустив глаза на бокал с медовым напитком, леди Комин погрузилась в воспоминания:
— Тэвис на четыре года младше, и эти двое вечно забывали о нем. Он старался держаться поближе к матери.
— А вы с Бидди не поддерживали дружеских отношений после того, как умерла мать Каллена?
Леди Комин грустно улыбнулась:
— Сначала поддерживали, а потом... — она вздохнула, — это было очень тяжело. Каждый раз, встречаясь, мы грустили при воспоминании о той, кого потеряли. Конечно, мы навещали друг друга, но уже гораздо реже, чем раньше. Потом погиб Дарак, и Бидди, казалось, как-то отгородилась от внешнего мира. Она все больше и больше времени проводила на кухне. — Элли Комин пожала плечами. — Со временем наши пути окончательно разошлись.
Эвелинда собиралась еще о чем-то спросить, но распахнулись двери, и в главный зал вошли Каллен и Трэлин.
— Пора возвращаться, — объявил Каллен, подойдя к дамам.
Эвелинда кивнула, поблагодарила леди Комин за радушный прием и покорно последовала за мужем к выходу из главной башни. Снаружи их уже ждал конь Каллена, и через мгновение они миновали внутренний двор и направились обратно в Доннехэд.
Значительная часть пути осталась позади, когда Каллен вдруг спросил:
— Ты получила удовольствие?
Эвелинда оглянулась и посмотрела на мужа. Принимая во внимание его неразговорчивость, вопрос стал для нее приятным сюрпризом.
— Да. Леди Комин просто прелесть. Мы замечательно пообщались, — ответила она и не покривила душой. Когда Каллен с Трэлином спустились в конюшню посмотреть на новую лошадь, леди Комин показала Эвелинде свой сад. Они чудесно прогулялись, а потом, расположившись в главном зале, отдохнули и побеседовали за бокалом освежающего медового напитка. В самом деле, Эвелинда прекрасно провела время. И не без пользы для себя — она узнала много нового. Например, то, что Трэлин и Каллен дружили практически с рождения. Леди Комин и мать Каллена были близкими подругами и постоянно ездили друг к другу в гости, не забывая прихватить с собой маленьких сыновей.
— А вы? — поинтересовалась она в надежде на продолжение беседы.
— Да. Трэлин хороший друг.
Эвелинда усмехнулась и призналась:
— Леди Комин рассказала мне кое-что о ваших с Трэлином детских подвигах. Похоже, вы оба были просто неутомимы по части разных шалостей.
Губы Каллена слегка искривились в улыбке, но он только хмыкнул.
Эвелинда немного помедлила и попросила:
— Не могли бы вы показать мне то место, где ваш отец сорвался со скалы?
Очевидно, просьба сильно удивила Каллена, и он пристально посмотрел на жену:
— Зачем?
Эвелинда нерешительно замялась, потом объяснила:
— Я подумала, может быть, если я увижу это место, мне придет в голову какая-нибудь идея по поводу того, как все произошло. Кажется, здесь ни один человек не знает точно, с чем мы имеем дело — с несчастным случаем или убийством. Всеобщее замешательство усугубляет путаницу.
Молчание Каллена затянулось надолго — очевидно, он решил проигнорировать ее просьбу. Эвелинда вздохнула про себя и, откинувшись на грудь мужа, смирилась с отказом. Прошло еще минут двадцать, и вдруг она заметила — вместо того, чтобы подъехать к главным воротам Доннехэда, Каллен обогнул замок и приближается к скалистому обрыву.
Она выпрямилась и с любопытством огляделась по сторонам. Муж остановил коня на открытом всем ветрам утесе рядом с крепостной стеной позади замка.
Каллен спешился сам, затем подхватил Эвелинду и осторожно поставил рядом с собой. Здесь было очень мало места. Полоса земли тянулась вдоль наружного укрепления замка на довольно приличное расстояние, но была чрезвычайно узкой — каменную стену отделяли от крутого обрыва примерно десять футов. Несколько шагов.
Эвелинда хотела подойти чуть ближе к краю скалы, но Каллен схватил ее за руку и потянул обратно, словно боялся, что она может упасть и разбиться насмерть. Эвелинда прониклась к мужу большой благодарностью за этот жест, когда посмотрела вперед и увидела, насколько круто обрывается скала и как далеко внизу находится земля. Жуткое, головокружительное зрелище. К тому же сильный порыв ветра подхватил ее юбку, проник под платье и будто подталкивал к откосу. Эвелинда почувствовала себя очень и очень неуютно.
— Он приехал сюда верхом? — спросила она, отодвигаясь подальше от обрыва и пытаясь отогнать от себя навязчивое видение — перед ее глазами возник человек, очень похожий на Каллена, только постарше, безжизненно распластавшийся на камнях у подножия утеса.
— Да.
— А что более вероятно: выпрыгивая из седла, ваш отец сам каким-то образом сорвался вниз или лошадь чего-то испугалась и сбросила его? — Эвелинда сосредоточенно сдвинула брови.
Каллен покачал головой:
— Никто не знает, по крайней мере из тех, с кем мне удалось поговорить. Только свидетель, если он и правда был, мог бы рассказать нам об этом.
— Или убийца — если это было убийство, — тихо добавила Эвелинда.
Каллен кивнул.
Вздохнув, Эвелинда отвернулась от обрыва. Приезд сюда нисколько не прояснил ситуацию — картина несчастного случая по-прежнему оставалась совершенно размытой. Здесь не было ничего, кроме редких чахлых травинок и кучки камней. Откуда, спрашивается, мог внезапно появиться зверь — или человек — и напугать лошадь Лиама настолько сильно, что она взвилась на дыбы? И главное — зачем вообще лэрду находиться в таком месте?
Ее взгляд задержался на пирамидке из камней. Сначала она подумала, что это просто каменистый холмик, но вдруг поняла — перед ней не природное образование, а рукотворная конструкция. Эвелинда двинулась вперед.
— Что это за?..
Слова замерли у нее на губах. Вдруг Каллен установил это в знак памяти об отце? Или о своей первой жене?
— Там Дженни. Сестра Бидди, — объяснил он.