Непристойное предложение
Доктор Бернер, экс-директор банка Шерер и добрый старина Хуберт по-прежнему являются моими клиентами. Не знаю, что они сделали с коноплей, выращенной Эвелин, но, вероятно, не сожгли ее. Однажды, когда я спросила об этом Хуберта, он загадочно усмехнулся и произнес:
– Я и так скажу слишком много: этот продукт можно еще и пить…
Ну, Бог с ними. Старый что малый. Пусть себе тешатся. Только Фрица мне немного жаль. У меня есть подозрение, что они подмешивают ему зелье в выпивку или еду и потешаются над ним.
Дочь доктора Бернера посещает вместе со мной курсы подготовки к родам. Это будет ее первый ребенок…
Ух! Что это? Схватки? У меня отходят воды?
Вы должны меня понять. Потому что я заканчиваю свое повествование на этом месте и начинаю громко звать кого-нибудь на помощь.
Пожелайте мне удачи.
Благодарности
В эту книгу, как всегда, вложено много сил и энергии. И я вряд ли справилась бы с работой, если бы не помощь и поддержка моих близких. Я благодарю мою любимую мамочку, а также Бигги, Зильке, Михаэлу и Биргит, пожертвовавших своим временем, чтобы меня поддержать. Я очень рада, что вы у меня есть.
Особенно хочу поблагодарить моего педагога, госпожу доктора Клаудию Мюллер, за ее терпение, юмор, критику и похвалы – все это необходимо человеку, чтобы иметь мотивацию работать.
Стояло жаркое лето, и не всегда было просто сконцентрироваться на работе. Я должна выразить благодарность моему мужу Франку за его выдающиеся идеи, как облегчить мое долгое пребывание в душном кабинете за письменным столом. Так, мои ноги постоянно блаженствовали в тазике с прохладной водой, которую он постоянно менял. Позаботился он и о покрывале с кровати, закрывающем окно, которое хоть и не украшало помещение, но выполняло свою роль, оберегая меня от ос.
Мне будет очень не хватать предстоящей зимой этого покрывала, как и этого долгого лета, и тазика с водой, и стука молотков кровельщиков на соседской крыше, создававших невообразимый шум все летние месяцы. И мне очень стыдно, что во времена творческих кризисов я слишком часто желала им, чтобы они свалились с этой проклятой крыши.
Керстин Гир, август 2003 г.