Александр Агренев. Трилогия (СИ)
– Прошу вас, Иммануил Викторович, начинайте.
– Э-э… слушаюсь. Пожалуй, начну с самого главного – в общем и целом станкостроительное производство готово к выполнению коммерческих заказов. Есть, конечно, некоторые трудности, но вполне решаемые, уверяю вас. Так… по копированию станков господина Круппа – тут тоже все хорошо, очень помогло то, что были все необходимые чертежи и спецификации, так что не далее чем через полтора месяца у вас будет второй завод по производству арборита. Примерно в те же сроки будет готов первый перерабатывающий центр. Что еще… Помнится, вы говорили об организации своего инструментального производства? – Герт вопросительно поглядел на начальство, дождался утвердительного кивка и заговорил дальше, старательно подбирая слова: – Самым главным условием для такого производства является наличие высококвалифицированного персонала, а тот, в свою очередь, требует достойной оплаты. Конечно, можно обойтись своими силами и найти подходящих слесарей с расчетом на дальнейшее их обучение, но в таком случае сроки?..
«Да он так до обеда будет излагать!»
– Иммануил Викторович, пожалуйста, ближе к делу.
– Я переговорил со знакомыми специалистами на «Илис-Блитц», и в принципе они согласны перейти на новое место. Правда, есть два момента. Первое – на заводе их жалованье составляет не меньше ста восьмидесяти рублей в месяц.
– Они того стоят?
– Вне всяких сомнений, Александр Яковлевич, мастера высочайшего класса!
– Значит, у меня они будут получать как минимум двести. Вы же знаете, я не экономлю на своих рабочих.
Спорить с этим утверждением было сложно, поэтому Герт продолжил:
– И второе: их уход вызовет крайнее недовольство владельцев завода, так как сорвет… сильно затруднит выполнение текущего заказа. Возможные последствия?..
– Никоим образом не должны вас волновать. Так когда у меня появится инструментальный цех?
– Пока сложно сказать, но думаю, что не позже начала лета. – Иммануил Викторович немного помялся, переглянулся с Греве и осторожно поинтересовался: – Скажите, Александр Яковлевич, а вы… вас случайно не интересует производство прецизионных станков?
– До сего момента не интересовало. А что, у вас есть какие-то предложения?
Как выяснилось из пятиминутных и излишне многословных пояснений начальника станкостроительного завода, к нему с небольшой просьбой обратился его давнишний знакомый (по совместительству – бывший сокурсник). Кстати, такой же, как и Герт, фанатик от машиностроения, только с несколько другим уклоном – в сторону высокоточного оборудования и металлообработки. Просьба же у однокурсника была достаточно простая – рекомендовать его князю Агреневу и, если это только возможно, организовать недолгую встречу. Получив и на этот вопрос положительный ответ, Иммануил Викторович заметно воспрянул духом и, уже не оглядываясь в поисках поддержки на главного оружейника фабрики, поинтересовался о возможности трудоустройства еще одного знакомого, только металлурга.
– Вы же понимаете, Александр Яковлевич, своя научно-исследовательская и испытательная лаборатория просто-таки необходима – хотя бы для того, чтобы не отстать от конкурентов, да и помимо этого требуются постоянные…
– Все-все, я понял. Через месяц в это же время я жду ваших знакомых на собеседование. Что-то еще? Тогда у меня к вам небольшая просьба – ознакомьтесь с содержимым этой папки. В первую очередь мне интересно, сможем ли мы наладить производство гибких ставен, что необходимо для начала… ну и так далее.
Проводив и этого гостя до двери, князь облегченно вздохнул и с легким предвкушением вернулся обратно в кабинет.
– Ну, Валентин Иванович, чем вы меня порадуете в этот раз?
– Прошу, Александр Яковлевич, все как вы и заказывали.
На столешницу один за другим легли шесть револьверов и четыре гранаты без взрывателей. Сами запалы (вернее, запал) мастер выложил последним: из специального стального футлярчика с резиновым вкладышем – и на некотором удалении от всего остального.
– Так-с, полюбопытствуем!
Повертев в руках укороченный по максимуму вариант «грава» (то есть револьвера системы Греве – Агренева), заказчик одобрительно хмыкнул – для жандармов и полицейских агентов самое то.
– Калибр?
– Три линии. Но есть вариант и под девятимиллиметровый патрон.
– Хм, неплохо.
Не дожидаясь следующих вопросов Александра, оружейник стал давать пояснения:
– Этот, как вы видите, с нижним расположением ствола.
Вид у револьвера был несколько несуразный, но в руке он сидел на удивление хорошо. А расположение ствола на одной оси с самой нижней каморой барабана обещало мягкую отдачу и открывало возможность прицельной стрельбы с глушителем.
– Экзотика, так сказать, но кучность у него отменная, да-с. А тут очередной вариант офицерской модели «грава» – барабан откидывается вбок, и одновременная экстракция всех патронов. То же самое, только калибр в четыре линии, как у армейского «смит-вессона», и разумеется, под новый базовый патрон. Этот образчик тоже в четыре линии, только с немного удлиненным стволом, патрон также новый, усиленный. Отдача увеличилась довольно незначительно, а вот останавливающее действие просто колоссально! Во время пробных стрельб одну мишень просто сломало у основания.
«Мой личный оружейник исполнил свою давнишнюю мечту и сотворил-таки карманную гаубицу. Интересно, что на очереди – мини-огнемет или шестиствольный складной пулеметик?»
Князь примерился к сверкающему хромом оружию, щелкнул пару раз курком, проверяя плавность спуска, и отложил в сторону, потянувшись к последнему револьверу, выделявшемуся из общего ряда наличием черной трубы глушителя.
– Удалось добиться очень хорошего звукоподавления, но только при использовании специальных патронов с несколько уменьшенной навеской пороха… Как вы и предполагали.
– Ну что же, Валентин Иванович, ваши успехи не могут не впечатлять…
Греве, немного зарумянившийся от положительных эмоций и малой толики выпитого ликера, покраснел еще больше, услышав вполне заслуженную похвалу от хозяина дома. Впрочем, отвлекаться от главной темы он не стал, продолжив обзор своего творчества:
– Первые модели ручной гранаты вы уже видели, да и изменений в их конструкции особых нет – разве что терочный запал стал немного надежнее, и добавилась возможность установки осколочной рубашки. – С этими словами оружейник немного потряс чугунным «стаканчиком» с надсеченными стенками. – И на этом, пожалуй, все. Вот с новыми гранатами пришлось повозиться, особенно с взрывателями.
Одновременно с этими словами Александр подкинул на ладони ребристый овал оборонительной гранаты и задумался, вспоминая и сравнивая впечатления от «взвешивания» основательно подзабытой «фенечки номер раз» (всего-то раза три в руках держал, и то два раза на школьных уроках по начальной военной подготовке) и творения Греве.
«Тяжелее, заметно тяжелее и больше. Наверное, из-за того, что начинка не тротиловая, а пироксилиновая. Все равно, можно было бы и поменьше габариты сделать, железяка чугунная килограмма полтора весит, не меньше. И малость поухватистей, а то как каменюка ощущается. Ладно, это можно и позже изменить. Интересно, как с надежностью применения?»
– В среднем каждая десятая не срабатывает. Но я работаю над этим вопросом.
Новая разновидность наступательной гранаты по форме своей (да и по содержанию тоже) почти не отличалась от лежащей рядом «колотушки», поэтому вместо нее заказчик освидетельствовал латунный запал, провел пальцем по изогнутой полоске предохранительной скобы и опять задумался.
«Получается, завод в Ярославле после легкой перенастройки оборудования может хоть завтра начать выпуск консервированного пироксилина. Особенно если перед этим заранее наладить выделку взрывателей и ручек для терочных гранат. Прелестно… Только вот про мины забыли, это надо исправить, и… пора уже насчет производства тола начинать суетиться. Греве молодец, надо бы его как-то повнушительнее наградить».