Собака, которая не лает
Пуаро повернулся к Трефузиусу, который, словно в беспамятстве, безмолвно смотрел на него.
- Ваше алиби было таким несокрушимым! Мистер Виктор Аствелл считал, что вы у себя в комнате. Но ведь никто не видел, как вы туда вошли! На самом деле вы находились в башне еще довольно долго, не успев уйти до появления Чарльза Леверсона. Вы стояли за той же портьерой, когда в кабинет пришла Лили... В общем, вам удалось выбраться, лишь когда дом окончательно затих. Надеюсь, вы не станете отпираться?
- Я... я никогда...
- Ладно, покончим с этим, - сурово прервал Пуаро. - Вот уже две недели, как я разыгрываю комедию. Я дал вам возможность заметить сеть, которая затягивала вас. Отпечатки пальцев, следы подошв, небрежный обыск - все это нагнетало на вас ужас разоблачения. Вы проводили бессонные ночи, лихорадочно ища спасения, прикидывая вновь и вновь все мельчайшие улики. Не осталось ли ваших отпечатков в башне? Или следа ботинка на лестнице? Вы выдали себя, когда панически испугались: что именно я подобрал на ступенях, где вы так долго прятались? Я всячески раздумывал этот эпизод. У вас же попросил коробочку, наказывая своему слуге беречь ее пуще глаза... Джордж!
- Я здесь, месье.
- Прошу вас, повторите в присутствии леди и джентльменов, какие инструкции вам были оставлены.
- Вы мне велели, месье, спрятаться в стенном шкафу в вашей комнате и наблюдать оттуда за спрятанной коробкой. В четверть четвертого на цыпочках вошел мистер Трефузиус и полез в ящик туалетного стола. Он ее и взял.
- А в этой коробочке, - торжествуя, подхватил Пуаро, была всего лишь шпилька! Я действительно подобрал ее где-то на лестнице. Говорят, найти шпильку к удаче. Что ж, мне повезло, я обнаружил убийцу. Вот видите, - он обернулся к секретарю, - в сущности, вы выдали себя сами.
Как подкошенный Трефузиус упал на стул и отчаянно зарыдал.
- Я был безумен! - стонал он. - Я потерял в тот момент рассудок! Но... о, господи! Как он изводил меня, как мучил... все это было выше человеческих сил! Год за годом, день за днем... Я ненавидел его!
- Всегда чувствовала это, - прошептала леди Аствелл. Она выпрямилась. Лицо ее выражало нескрываемое торжество. - Я знала, кто убийца!
- Что ж, вы оказались правы, - подтвердил знаменитый детектив без особого энтузиазма. - Можно называть вещи разными именами, суть их не меняется. Ваша интуиция была верной. Поздравляю вас, мадам.