Неверный жених

Под сводами храма раздавались молитвы на испорченной латыни пополам с гэльским. По правую руку от алтаря, на хорах, отгороженных железной решеткой, вторил священнику хор монахинь.
Священник воздел руки к небу и повернулся, благословляя новобрачных. Настало время для обмена клятвами. Лэрд взял невесту за руки; она подняла глаза, и в их бездонной темной глубине отразилось предчувствие грядущей радости.
Священник сделал паузу, и все собравшиеся затаили дыхание. В наступившей тишине ясно слышно было потрескивание свечи в канделябре на дальней стене часовни. Дым ладана струился вверх и клубился под потолком, и в душе молодого лэрда вдруг проснулась тревога. «Нет, – сказал себе Малкольм, взглянув на любимую, – никому и ничему я не позволю нас разлучить!»
Пламя свечей на алтаре вздрогнуло. Обернувшись, Малкольм увидел, что тяжелая дубовая дверь часовни приотворилась, и народ в притворе потеснился, как бы желая дать кому-то дорогу. На лицах людей отразилось удивление… Но самого вошедшего Малкольм пока не видел.
Наконец люди расступились, и взору новобрачного предстал… Александр Макферсон, растрепанный и одетый на скорую руку. Этот юный гуляка едва не проспал свадьбу сводного брата!
– Как ты думаешь, когда он наконец повзрослеет? – прошептал Алек, наклонившись к жене.
– Не раньше, чем найдет себе подходящую пару, – с улыбкой ответила Фиона. – По крайней мере, с тобой было именно так.
Смолкли брачные клятвы, и Малкольм прижал свою юную жену к сердцу.
Я люблю тебя, Малкольм Маклеод, – прошептала она. – И буду любить, пока жива.