Калинов мост
– Бог Световид уже сказал свое слово, я тоже говорю свое – возвращайся с победой, князь Вадимир.
Ладья не показалась мне надежным средством передвижения. Как человек, выросший на бескрайней равнине, я не питаю к морю нежных чувств. И если бы в прежние добрые времена рискнул довериться волнам, то непременно выбрал бы для этого океанский лайнер, а не утлую лодчонку с пятидесятью гребцами.
– «Титаник», например, – криво усмехнулся Ключевский, оглядываясь на тонувший в серой дымке таинственный остров, с пристани которого мы отправились в свой первый и, возможно, последний морской поход.
– Типун тебе на язык, – огрызнулся я.
Мы удобно устроились с ним на носу под небольшим навесом, предоставив своим новым знакомым махать тяжелыми веслами. Войнег расположился на корме у руля, голосом задавая ритм гребле. Судя по тому, как соколы управлялись со своей нелегкой работой, гребля не была для них в новинку. Я боялся морской болезни, хотя и имел о ней смутное представление. Но, кажется, все обошлось, и мое самочувствие нисколько не ухудшилось от того, что я перестал чувствовать твердь под ногами. Правда, было довольно свежо, и я пожалел, что не захватил плащ, отправляясь из замка Руж в гости к Антуану де Шаузелю.
– Возможно, мы совершенно напрасно ввязались в это безумное дело, – вздохнул Марк.
Я был настроен столь же пессимистично, но промолчал. До сих пор мы находились на острове Буяне, если верить Марку, и путешествовали по суше. Правда, однажды мы переместились на Атлантиду, но не исключено, что тот кусок затонувшего континента, где мы оказались, тоже был связан с таинственным островом.
– Послушай, Марк, но остров Рюген существует до сих пор, и никаких магических катаклизмов там вроде бы не отмечено?
– Согласен. Наш остров Буян не имеет к нынешнему острову Рюген никакого отношения. И храм Световида и город Аракона возникли здесь по тому же принципу, что и благословенная Апландия, в которой мы с тобой окопались. И появились они потому, что это было угодно атлантам.
– Значит, игра продолжается?
– Знать бы еще, куда она нас заведет, – покачал головой Ключевский.
– А куда мы плывем – на север, на запад, на юг или на восток? Может эти ребята решили открыть Америку, а мы станем помехой в их славном начинании?
– Мы плывем на запад, – сказал уверенно Марк, бросив взгляд на солнце.
– Спасибо за исчерпывающую информацию.
Все-таки остров Буян странное место. Не могу судить, каким объемом знаний располагали атланты и по какому принципу они сотворили свой проект, но в одном я нисколько не сомневаюсь: и Войнег, и волхвы бога Световида, и эти ребята, что сейчас усердно работают веслами – не фантомы. Они реальные люди, живущие в свою эпоху и озабоченные своими проблемами. Такие же реальные как Маргарита, отец Жильбер, Диана де Грамон и прочие наши апландские знакомые. А переместились они на остров Буян только потому, что в какой-то момент соприкоснулись с наследством наших таинственных предков атлантов, которые, развернув грандиозную междоусобную битву за власть, не сумели вовремя остановиться и тем самым поставили под сомнение не только прошлое, но и будущее Земли.
Я собрался было обсудить волнующую меня проблему с Ключевским, но тот уже спал убаюканный мерным покачиванием нашего утлого суденышка. Мне не оставалось ничего другого, как последовать его примеру, ибо и мой организм требовал отдыха после двух бессонных ночей и столь же беспокойного дня.
Разбудил меня Войнег. Нельзя сказать, что это пробуждение было приятным, тем более что я не сразу сообразил, где нахожусь. Над головой моей сияли звезды, а лунный свет заливал берег. Берег был пологий, но за моей спиной угадывался другой, обрывистый, из чего я заключил, что наше морское путешествие завершено, и мы движемся по реке.
– До замка рукой подать, – тихо сказал Войнег.
– А вы уверены, что это тот самый замок? – на всякий случай уточнил я, растерянно озираясь по сторонам.
– Вне всякого сомнения.
Я пока видел только пятно на горизонте, напоминающее очертаниями скалу. Впрочем, мне ничего не оставалось другого, как поверить Соколу на слово. Марк тоже неохотно продрал глаза, но, похоже, он видел в темноте лучше, чем я, поскольку не только разглядел, но и опознал замок.
– Шаузель, – сказал он негромко.
Для меня это оказалось сюрпризом. Черт бы побрал эту дурацкую магию вместе с атлантами, которые ее изобрели. Мы плыли, по моим прикидкам, часов сорок, чтобы оказаться в том самом месте, которое покинули с помощью волшебного жезла. И, похоже, только затем, чтобы полюбоваться на сумасшедшего сира Антуана.
– Боюсь, что сира Антуана здесь нет, – отозвался из сумрака Марк, уже выбравшийся на берег.
– А куда он подевался?
– Антуан еще не родился. Посмотри на замок, он выглядит значительно новее, чем два дня назад.
– Так может, это лунный свет на него так действует?
Мы двигались по берегу почти бесшумно, и через каких-нибудь десять минут достигли рва, окружающего замок Шаузель. Теперь у меня не было сомнений в том, что Ключевский прав, Шаузель действительно помолодел, по меньшей мере лет на двести. Оставалось только морщить лоб в догадках, что происходило здесь в ту пору и почему его хозяин вызвал гнев волхвов.
– Как зовут владельца этого замка? – спросил я у Войнега.
– Его зовут Пьером, – хриплым голосом отозвался Войнег. – Дважды мы пытались взять замок штурмом и потеряли здесь более сотни людей. Великий Ширгайо надеется на тебя, князь Вадимир.
Это приятно, когда верховный жрец храма Световида обращается за помощью ни к кому-нибудь, а к Вадиму Чарноте, но, черт возьми, почему эти люди так уверены, что я справлюсь там, где потерпели фиаско хорошо обученные люди?
– Этот Пьер случайно не оборотень? – уточнил Марк, оглядывая высокие стены Шаузеля.
– Он оборотень, – шепотом поведал нам Войнег, – а служат ему призраки. Но я полагал, что Великий Ширгайо посвятил вас во все подробности этой жуткой истории.
– У верховного волхва, много дел, Войнег, видимо, он решил, что будет лучше, если это сделаете вы.
– Понимаю, – кивнул головой Ясный Сокол. – Великому Ширгайо трудно об этом вспоминать.