Чудесное наследство
- Кэтрин! Дитрих! Эльза! - крикнула фрау Луиза, въезжая в холл первого этажа на коляске. - Немедленно закройте окна! Иначе у нас будет потоп, а ковчегом я еще не запаслась!
Но ее мольбы не были услышаны: и сын, и его супруга, и эта торопыга Кэтрин отсутствовали в доме. Пришлось звать других помощников. Ганс, Ольгерд и Улла быстро справились с заданием хозяйки. А подтерев лужи и закрыв форточки, они моментально исчезли, успев на прощанье помахать Паулине ручками.
"Им хорошо, - подумала девочка, - они в тепле, под надежной крышей... А каково сейчас этому соломенному мальчишке в рваной одежде! Наверное, промок до нитки, бедняжка... И даже не может согреться - помахать руками или попрыгать...".
Паулина тяжело вздохнула и, приблизившись к окну вплотную, прижала свой нос к холодному, от дождя, стеклу. Увидела бегущих по двору от машины к парадному подъезду родителей и снова подумала: "Живые гнэльфы могут от дождя спрятаться, а соломенные нет... Это не справедливо!".
Ее грустные размышления были прерваны окликом бабушки-баронессы:
- Паулина, возьми, пожалуйста, на столе блокнот и карандаш и запиши под мою диктовку рецепт яблочного пирога, который мне дал господин Шрайбер. Иначе я его забуду и что-нибудь перепутаю. И вместо пирога испеку яблочные оладьи!
Паулина снова вздохнула - но уже не так печально, как в первый раз, - и послушно поплелась к журнальному столику. Взяла толстый блокнот в сафьяновой обложке, хорошо отточенный карандаш и подошла к бабушке.
- Диктуй, я готова.
Но в это мгновение в холл влетели Дитрих и Эльза, и важное дело пришлось на минутку отложить. Узнав от сына, что билеты на поезд куплены и еще один шаг к отъезду из Мерхендорфа сделан, фрау Луиза прошептала:
- Вот и отлично...
И, кивнув Паулине головой в сторону столовой, уже веселее добавила:
- Идем туда, внучка. Там самое подходящее место для кулинарных секретов. А заодно попьем чай. Ты не возражаешь?
- С пирожными? Не возражаю!
Пока чайник разогревался на плите, Паулина успела записать рецепт яблочного пирога. А перелистывая толстенный блокнот в поисках чистой странички, она наткнулась на какие-то загадочные письмена, очень похожие на математические и химические формулы или на тексты тех же кулинарных рецептов. Паулина была грамотная девочка и читать умела достаточно быстро. Пробежав глазами отдельные строчки, она мгновенно догадалась, что это не что иное, как записи волшебных заклинаний и чудесных колдовских снадобий. Заглавие одного из заклинаний звучало особенно заманчиво: "ОЖИВЛЕНИЕ НЕОЖИВЛЕННОГО. Автор Феррум Мерхенштайнский".
"Кажется, это именно то, что мне нужно!" - радостно подумала умненькая гнэльфина и, сделав вид, что ничего особенного сейчас не произошло, спокойно произнесла:
- Так сколько муки нужно взять для приготовления одного пирога? Три мерхенфунта?
- Можно и четыре, но не больше. А еще пол-пачки дрожжей, один мерхенфунт хорошо промытых и нарезанных яблок, столько же сахара, кусочек сливочного масла, щепотку соли и...и...
- И чуть-чуть ванили? - раздался под сводами столовой мелодичный голос Уллы.
Паулина взглянула на зеркальце в шкафу с посудой и увидела в нем зыбкую, расплывчатую тень.
- Улла, - строго сказала старая баронесса, - прошу тебя больше не раздваиваться! Это очень вредно для твоего здоровья.
- Но мне так скучно сидеть взаперти в вашей кладовке, госпожа! Зачем меня сюда поставили ваши родственники? - снова прошелестел голосок зеркальной принцессы.
- Ничего, скоро развлечешься. Нам предстоит чудесное путешествие в Гнэльфбург!
Серебристая тень еще немного поколебалась в зеркальце, как пламя свечи на ветру, и вдруг растаяла, исчезнув в его глубинах.
- Добавить чуть-чуть ванили, - продиктовала фрау Луиза внучке. И, откинувшись к спинке кресла, с удовлетворением отметила: - Память меня хоть и подводит иногда, но продолжает еще служить! Забыть про ваниль - это не смертельно. Вот если бы я забыла про муку!..
"Моя память тоже неплохая, - подумала Паулина, заглядывая тайком в блокнот, где была сделана запись заклинания таинственного Феррума Мерхенштайнского. - Постараюсь заучить эти слова наизусть и ничего не перепутать. Нужно же помочь мальчишке из сада господина Шрайбера!".
И, перечитав еще раз загадочные фразы, она захлопнула блокнот, положила его на стол и отправилась к плите, на которой уже вовсю бурлил закипевший чайник.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
После дождя листья ботвы становятся еще вкуснее, чем были раньше. Ме-Ме это уже хорошо знала и потому прискакала на огород господина Шрайбера сразу же после того, как на землю упали последние дождевые капли.
- Хрю-Хрю, иди скорее сюда! Смотри, какая вкуснятина! Только,
пожалуйста, постарайся не измазаться в грязи и не запачкай меня!
- Глупышка, - усмехнулся толстенький поросенок, пролезая в дыру вслед за подружкой, - грязь полезнее всякого мыла! К тому же, она быстро подсыхает, и ее можно стереть с себя, повалявшись на травке или на дорожке.
- Нет-нет, такое развлечение не для меня! - презрительно фыркнула козочка, срывая изумрудный лист остренькими зубками и начиная его перемалывать крепкими челюстями.
- А вот Пугаллино с удовольствием повалялся бы со мной за компанию, если бы только смог соскочить со своего шеста, - сказал поросенок Хрю-Хрю и посмотрел на разбухшего, как губка, от дождя мальчишку-пугало.
И в этот момент Пугаллино вздрогнул и взбрыкнул ногами так сильно, что один из его башмаков оторвался от брючины и отлетел далеко в сторону. Руки мальчишки опустились вниз, потом взметнулись вверх и снова вытянулись по швам. Голова слегка повернулась направо, затем налево, наклонилась чуть-чуть к груди, и глаза осмысленно посмотрели на застывших без движения у его ног Хрю-Хрю и Ме-Ме.
- При-вет... - медленно разъехались губы ожившего мальчика-пугала в дружелюбной улыбке. - Я вас знаю...
- На-на-надеюсь, с лучшей стороны? - пролепетал начавший тоже оживать Хрю-Хрю.
- И с той, и с другой стороны, - произнес Пугаллино и показал рукой на забор, в котором красовалась большая дыра.
- Отсюда сверху все хорошо видно, - пояснил он немногочисленной компании своих собеседников, - я видел вас и тут, и там.