Воспоминания юнги Захара Загадкина
-- Кто ее так изуродовал? Краевед-проводник пояснил:
-- Так ведь она гипсовая. А гипс --ценное минеральное сырье; после обжига он становится алебастром и необходим строителям, в размолотом виде его применяют как удобрение. Голову давно взяли в работу...
-- Л Туз-Тюбе? Где она?
-- У тебя под ногами!
Гляжу под ноги, потом немного в сторону отошел, -- нет никакой горы!
-- Не отвечай загадками, -- попросил я. -- Они не всегда хороши. Где Туз-Тюбе?
-- Наберись мужества, Захар: ее съели! -- Как -- съели?
-- Очень просто: с рыбой, с мясом, с лепешками... Я не вру: перед тобой место, где была Туз-Тюбе.
-- И от нее ничего не осталось?
-- Подошва осталась, между прочим, толстенная, да озеро, которое ты видишь. Будешь купаться?
У сине-зеленого озера с поблескивавшими на солнце берегами было много людей. Я скинул одежду, ступил в воду, собираясь окунуться, но вода упрямо выталкивала меня обратно. Все же я поплавал, хотя пришлось поработать: руки и ноги едва преодолевали сопротивление воды.
-- Наше озеро зимой не замерзает, -- сказал мой провожатый, -- однако не думай, что оно теплое. Жаль, не прихватил из города бутылку кваса; если б опустили ее метров на восемь, квас замерз бы через четверть часа.
-- Озеро глубокое?
-- Метров восемнадцать... Хочешь опуститься ниже дна?
-- Зачем?
-- Там, в подошве Туз-Тюбе, устроен подземный дворец. Если ты удачливый и мой братишка сегодня дежурит, он разрешит осмотреть дворец, пропустит в его залы.
-- А спуск не опасен? Вода из озера не прорвется?
-- Не беспокойся, от озерного дна до залов метров восемьдесят, да и дворцовые своды крепки.
Братишка краеведа был дежурным. Он включил нас в экскурсию, которая отправлялась под землю, и принес ватники. Дворец никогда не отапливали, и без ватников мы бы закоченели.
Я осмотрел более десяти залов и был настолько поражен их величиной, что решил ее измерить. Вот результаты моих измерений: некоторые залы шириной 40--60 шагов тянулись в длину на 200--800 шагов! А расстояние от пола до сводов-куполов превышало высоту восьмиэтажного дома! Стены залов были украшены кристаллами и, отражая огни, поблескивали так же, как берега озера, где я купался. Около дворца в подземном городе с залитыми электричеством улицами и переулками трудились люди.
Вернувшись на поверхность, я кинул прощальный взгляд на полуразрушенную голову и простился со степным городком. Приятель-шутник, конечно, подвел меня, но я на него не в обиде.
Стройка-невидимка
В одном из больших сибирских городов есть сад, в саду -- кафе на открытом воздухе. Жарким летним днем я заглянул туда и увидел, что там едят мороженое. Кафе было полным-полно, и мне пришлось подсесть к столику, занятому двумя мужчинами; обоим как раз подали яичницу и кофе.
Уничтожая свои три порции мороженого, я невольно слушал чужую беседу. И наконец, глубоко пораженный, заговорил с соседями по столику.
Из услышанного я понял, что они давнишние друзья и что один был водолазом, второй -- летчиком-вертолетчиком. Поразился не дружбе представителей разных стихий -- водной и воздушной. И не тому, что друзья работали на одной стройке, хотя, казалось бы, какому строительству одновременно нужны водолазы и летчики! Меня смутило, что их стройка была... невидимкой! Точнее говоря, пока строители трудились, она оставалась видимой, как все стройки. Но, едва ее заканчивали, она делалась невидимкой, исчезала с лица земли!
Конечно, мне захотелось посмотреть необыкновенную стройку. Я намекнул об этом соседям по столику, когда они допивали кофе, а я колебался, не заказать ли четвертую порцию мороженого, чтобы побольше услышать о странном строительстве. Водолаз и летчик, наверное, почувствовали, что перед ними любознательный, вдобавок симпатия- . ный человек. Они ответили, что нет ничего легче, чем исполнить мое желание: сегодня у обоих выходной день. Но предупредили, что всю стройку показать невозможно, удастся осмотреть лишь кое-что.
Прихватив в дорогу бутерброды, мы покинули кафе. У входа в сад стояли мотороллеры моих новых знакомых. Я взобрался на сиденье позади водолаза, и машины тронулись.
Сперва мы ехали улицами огромного города, который на много километров раскинулся по берегу широкой и многоводной реки, потом мчались по шоссе. В ушах свистел ветер, направо и налево мелькали березовые перелески и леса.
У одной просеки мотороллеры остановились. Мои спутники завели машины в лесную чащу и пошли вдоль просеки.
-- Знакомьтесь, вот наша стройка, -- сказал водолаз. -- Но тут она закончена, вы мало что увидите. Многое я не рассчитывал увидеть: помнил, что стройка -невидимка. Но, озираясь по сторонам, не увидел ровно ничего! Ближе к опушкам торчали пеньки, па просеке кое-где желтели горки глинистого грунта. И всюду было обилие земляники; крупные красные ягоды, словно огоньки, так и горели в траве возле пеньков.
Что такое строительная площадка, известно всем. Это участок земной поверхности, на котором строители занимаются порученным им делом. После ухода строителей на такой площадке остается новенький завод, а то и целый город.
Здесь было по-иному.
-- В этом лесу работали не мы, -- пояснил летчик. -- Тут были другие товарищи. После них осталась просека, после нас не увидите и просеки. Наша работа еще незаметней. К примеру, по ту сторону шоссе -- болото: ни пеший, ни конный не проберется -- засосет! В той непроходимой местности мой вертолет понадобился. Лично мне тяжело пришлось: все, над чем трудился, как положено, в болоте сгинуло, но задание выполнил. Понятно, от стройки следа не осталось...
-- И вы болотами занимаетесь? -- спрашиваю у водолаза.
-- Нет, болота -- не моя стихия. Эта просека ведет к реке, где я работал. Мне тоже нелегко досталось: река широкая, течение быстрое, глубина порядочная. Все, над чем трудился, как положено, в воду кануло, но и я задание выполнил. Опять-таки, следа от стройки не найдете...
Вскоре просека вывела нас к реке, о которой говорил водолаз. На противоположном берегу двигались землеройные машины -- экскаваторы и бульдозеры, к воде съезжали грузовики-самосвалы.
-- Там стройка еще не закончена, поэтому хорошо видна, -- сказали летчик и водолаз. -- Но в недалеком будущем и от нее следа не сыщете...