Большой и Маленький

— Пошли, что ли? — весело спросил Маленький, привычно заглядывая ему в лицо, но заметив остановившийся взгляд, потупился.
«Догнать! Смешать с грязью. Землю заставить жрать», — думал Большой, понимая, что произошедшее не поправить, даже если он перебьет всю компанию. И, тем не менее, не желая принимать этого, повторял и повторял: «Соберу пацанов. Поубиваю» Горячая волна стыда ошпарила его сознание, заставляя корчиться. «Вдруг Маленький не заметил? Не до того ему было», — пришла Большому спасительная мысль.
— Пошли, что ли? — Маленький тронул Большого за локоть. И по этому осторожному, как к больному, прикосновению, и сочувственному тону Большой понял, что Маленький видел все.
— Пошли, — выдавил Большой.
Маленький шагнул и вдруг с удивлением заметил, что ничего в мире не изменилось. По прежнему воздух был чист и прозрачен. По прежнему лучи заходящего солнца, процеживаясь сквозь листву деревьев, косо ложились на землю.
«Надо же! А я не замечал. А оно было всегда. И будет. Это мы не замечаем. И что бы с нами не происходило или не произошло, мир будет. Как я раньше не врубался?»
«Ничего. Забудется, — твердил Большой, — пройдет время, и забудется. Главное, чтоб время прошло. — Старательно, как сапер мину, обходя в сознании случившееся, думал Большой, — Вот же, ничего не изменилось в мире. Всё, как прежде. И деревья и солнце». Но он знал, что он лжет. Для него все было другое.
Вечерело. Двое, большой и маленький, возвращались в общежитие.
Был один из тех редких погожих вечеров, когда солнце еще не зашло и косые рыжие тени тянулись по земле. Пыль осела, воздух очистился и был прозрачен. И ничего больше не хотелось, только остановиться, замереть и слушать тишину, и не думать ни о чем. Тем более, что невозможно придумать что-либо мудрее или прекраснее, чем эти минуты.