... В среду на будущей неделе
— Я еще приеду в Парусный! — горячо шептал Павлик. — Обязательно приеду, дедушка Митрофан!
Так, в обнимку, они подошли к теплоходу. Посадка подходила к концу. Гордый красавец возвышался над пирсом, как белая гора. Всю пристань запрудили провожающие. Шумные, возбужденные, улыбчивые. Возле самого трапа стояли рыбаки с «Альбатроса». Мыркин держал в здоровой руке небольшой зеленый саквояж, который Павлик видел в радиорубке на сейнере, а Иван Иванович — «авоську» с дорожными припасами. Среди рыбаков не было только Печерицы. Он нес вахту на «Альбатросе» и простился с Павликом за воротами гавани.
Рыбаки оглядели Павлика с головы до ног и остались очень довольны его костюмом.
— Хорошая у тебя будет память! — сказал Мыркин.
— И о нас и о нашем море! — добавил Гундера.
Высоко над головой раздался протяжный басовитый гудок. Это капитан теплохода предупреждал опаздывающих пассажиров, что теплоход отходит.
— Тебе пора, Павлуша, — сказал Митрофан Ильич. Он взял у Гундеры «авоську», передал ее Павлику, говоря: — Все сами готовили, сообща. А севрюжий балык — специально для мамаши.
Теплоход загудел вторично.
— Иди, иди. Опоздаешь, — легонько подтолкнул к трапу Павлика Митрофан Ильич и просительно добавил: — Когда доберешься до Парусного, напиши письмецо. Сюда, на эту гавань. Нам его передадут.
Павлик пожал всем руки и гордо, как заправский моряк, ступил на трап. Когда он поднялся на несколько ступенек, Мыркин вдруг глянул на саквояж, который держал в руке, и закричал:
— Постой, Пашок! Погоди! Самое главное впопыхах забыли. — Он поднял саквояж над головой и передал его Павлику.
— Это тебе от меня, от нашей бригады…
— Спасибо! — радостно оказал Павлик.
Теплоход загудел в третий раз. Матрос торопливо ступил на трап и увлек Павлика наверх. Трап оторвался от земли и начал медленно подниматься. На палубе Павлик приоткрыл саквояж. В нем пестрели всевозможные ракушки, засушенные морские коньки, крабы и водоросли.
— Спасибо! — еще раз крикнул Павлик. — За коллекцию дяде Юре спасибо! Всем-всем спасибо!
Теплоход задрожал, тронулся с места и устремился к выходу из порта. Павлик сорвал с головы фуражку и долго махал ею. А ему в ответ колыхались в воздухе несколько пар крепких дружеских рук.
