Русские Вопросы 1997-2005 (Программа радио Свобода)

Думаю, что не ошибусь, если укажу как на источник этого бердяевской мысли на статью В.В.Розанова "В чем же смысл борьбы века?" Это рассуждение Розанова о социализме в связи с деятельностью и писаниями Льва Тихомирова - знаменитого в свое время ренегата социализма, проделавшего головокружительный и не лишенный значительного интереса путь от участия в террористической организации "Народной Воли" к отчетливому, теоретически обоснованному монархизму. Тихомиров вообще интересная фигура, в его работах о социализме есть удивительные прозрения, он знал этот мир, этот тип личности - социалиста - изнутри. Он, кажется, первым высказал мысль о социализме как инстинкте смерти. Но это уже, что называется, метапсихология, нас же сейчас интересует психология индивидуальная, человеческая, слишком человеческая. И вот что говорит по этому поводу Розанов в указанной статье. Он говорит, что сущность и установку социализма можно вывести из библейского сюжета, из слов Бога об Адаме: "Не хорошо человеку быть одному", после чего Бог создал Еву. Источник социалистической психологии - некая обделенность, но не столько материальная, сколько иного характера. Человек ищет в социализме жизненного общения, которого он по тем или иным причинам лишен, - как был лишен Киркегор Регины Олсен. На одном полюсе это лишение и страдание может породить высокую философию, как у Киркегора, на другом - экстремистское социальное действие, вдохновляемое тем строем чувств, который Ницше называл "рессентимент" - комплекс ревности, зависти и злобы. Бердяев же в этом отношении интересен тем, что он явил понимание и как бы симпатию к обоим этим выходам из экзистенциальной человеческой ситуации. И это объяснялось более всего не столько широтой его мысли, сколько эксцентричностью его психологического опыта, сюжеты которого я не буду эксплицировать, памятуя юбилейный характер сегодняшней передачи.
Но остается вопрос, выходящий далеко за рамки индивидуальной психологии Бердяева, да и кого-либо еще. Это уже упомянутый вопрос о прекрасных книгах и счастливой жизни, поставленный Бердяевым в цитировавшейся статье о Шестове. Это действительно вопрос века - американского века, как я сказал. Как Америка не то что решает, а снимает этот вопрос? Она это делает совсем не намеренно, вне какой-либо сознательной установки. Дело в том, что время радикально переменилось. Мы вступили в эпоху массового общества, переживающего к тому же ситуацию демографического взрыва. Изменился масштаб проблем, необыкновенно укрупнился. И проблемы стали элементарными, без решения коих, однако, человечеству грозит просто-напросто физическая гибель. Нужно накормить миллиарды голодных, привить им элементарные знания, да просто прививки сделать от заразных болезней. На утонченную духовную деятельность у человечества сейчас просто нет времени, а тем, у кого время для этого есть, не найти сейчас аудитории. Вот какие простые, грубые, можно сказать вульгарные факты стоят за пресловутой трансформацией культуры в цивилизацию. Но от этих фактов никуда не денешься. Что же касается более тонких фактов, вроде проблем, переживавшихся Киркегором с Региной, то ведь и тут цивилизация обнаружила способ открыть этот ларчик: в век психоанализа подобные страдания просто невозможны, они разрешаются несколькими сессиями на кушетке психоаналитика. Происходит то, что и всегда происходило: меняются времена, бежит время, уносящее в своем потоке многое из того, без чего вчера казалось невозможным жить.
Лучшее, что мы может сегодня сделать с Бердяевым и для Бердяева, - это сохранить его в культурной памяти как некую антикварную ценность. Учителем и пророком он быть уже не может.