Опасные объятия

– Вы нас, случайно, не разоблачили?
– Нет, конечно. Я очень заинтересован видеть Коула на свободе так же, как и вы.
– Аманда, – сказал Коул, – дай, пожалуйста, коробку. Это и есть тот самый человек, который знает, что с ней делать.
Она поочередно смотрела то на одного, то на другого.
– Это – тот человек, на которого ты работал?
Слотер снова рассмеялся.
– Он вам рассказал? Эта работа не совсем для правительства, скорее, для Фарго. Так или иначе, эти бумаги помогут кое-что прояснить. Молодец, Коул.
Пока Аманда ходила за коробкой, Коул налил кофе и предложил его Слотеру.
– Можете сказать спасибо Эйсису Мэлоуну, – ответил Коул. – Правда, он не собирался использовать их подобным образом. Что вы с ними сделаете, Джон?
Слотер отхлебнул кофе.
– Я думаю об этом. Сначала придется сменить некоторых банкиров и политиков. Затем я хотел бы реабилитировать твое имя. Выставлю свою кандидатуру в шерифы и выиграю кампанию. Пора покончить с этими дикостями в Тумстоуне и начать прилично устраивать дела.
Аманда услышала только часть разговора.
– Вы действительно реабилитируете имя Коула? – спросила она, подходя ближе.
Слотер кивнул:
– У них нет и намека на доказательства твоего участия в грабеже экипажа или убийстве пассажира. Однажды я уже доказал, что Джим Рейли получил взятку за лжесвидетельство. Думаю, обвинения против тебя отменят. Джон Бихэн слишком увлекся местью и забыл об осторожности. Если эти бумаги содержат хотя бы половину того, о чем ты мне писал, тебе, Коул, нечего бояться преследований. – Он выплеснул остатки кофе и вытер рот рукой. – Так ты и не научился делать приличный кофе.
Коул дотронулся до плеча Слотера:
– Много лет назад вы перевернули мою жизнь. Теперь это происходит снова. Как я могу отблагодарить вас, Джон?
– Не позволяйте вовлечь себя ни в какие интриги и женитесь на этой милой малышке.
Коул обнял Аманду и притянул к себе.
– Ничто не помешает мне выполнить этот совет.
С коробкой под мышкой Слотер сел на лошадь и махнул им рукой:
– Возвращайтесь как-нибудь, – крикнул он и исчез за выступом скалы.
Коул сжал плечи Аманды.
– Я представляю, какие произойдут изменения в Тумстоуне.
– Я рада, что мы их не увидим, – сказала Аманда и легко поцеловала его в губы.
Коул подошел к краю скалы и смотрел на удалявшуюся фигуру Слотера. Аманда тоже подошла к нему, опять кутаясь в попону.
– В чем дело?
Он посмотрел ей в лицо, на эти милые черты; в ее глазах отражался восход.
– Ты думала об этом, Аманда? Я имею в виду, что все произошло так быстро. Ты действительно хочешь связать жизнь с таким человеком, как я? Для тебя не поздно вернуться в город. У тебя – работа, друзья, уважение. У меня ничего этого нет.
Аманда обняла его за пояс, попона упала к ногам.
– У меня будешь ты, а это для меня важнее всего.
Он наклонился и поцеловал ее в губы.
– Ты уверена? Я не хочу разрушать твою жизнь. У меня ничего не осталось: ни денег, ни других средств существования. Я не перенесу, если ты будешь страдать из-за меня.
К своему удивлению, Коул услышал смех.
– Это не смешно, – сказал он, – я действительно так считаю.
– Я знаю, – ответила Аманда и склонила его голову к себе на плечо. – Но, мой дорогой, я вчера была очень занята, выполняя план Кэбота. У меня нет аптеки. Я продала ее, вернее, все, что от нее осталось.
– Кому?
– Льюису Мак-Кейтону. Конечно, он не дал мне столько, сколько предлагал до пожара. Но уплатил за землю и остатки помещения. Деньги у меня в сумке.
– Аманда, в самом деле?
– Как видишь, у нас есть некоторые средства. Если Джон Слотер выполнит обещанное, тебя не будут преследовать. Мы уедем куда-нибудь далеко, где купим другую аптеку для меня. В Калифорнию, Орегон или Монтану. Как-никак, все знания при мне, Мак-Кейтон не смог их купить. Возможно, мы накопим денег, работая в аптеке, и ты сможешь купить ранчо и создать другое Пасо-Диабло. И кто знает, возможно, я буду учиться и стану врачом. У нас теперь много возможностей. Кроме одной…
– Какой?
– Никаких грабежей.
Он обхватил ее руками и прижал к себе.
– Бог мой, я не только стану почтенным человеком, я буду служащим в аптеке.
Аманда посмотрела на него и рассмеялась:
– Спасенный любовью приличной женщины.
Он поцеловал ее, взял в ладони ее лицо и поднес ее губы к своим.
– Разве я сказал, что люблю тебя?
– А разве я сказала, что люблю тебя?
– Конечно. Больше всех на свете.
Ее милое лицо освещали лучи восходящего солнца. Коул снова поцеловал ее, слегка поддал чуть ниже спины и развернул к лошадям.
– Идем, женщина. День уже наступил. До Калифорнии далеко…