О египетских мистериях
4. Итак, что, в самом деле, мы должны сказать относительно вопроса, следующего за этим: а если и вправду те, кому возносятся заклинания, полагают, будто их почитатель справедлив, но принуждаются совершать несправедливые поступки? Так вот, в ответ на это я имею относящееся к справедливому действию возражение: его определение представляется нам и богам не одним и тем же. Поскольку мы обращаем внимание на мельчайшее, то и пытаемся исследовать наличные предметы и обыденную жизнь для определения того, какова она и каким образом происходит. Напротив, те, кто превосходят нас, знают всю жизнь души и все ее предшествующие жизни, и если в действительности оказывают какую-то помощь на основании просьбы совершающих заклинания, то предоставляют ее не без праведного суда, а имея в виду прегрешения душ страждущих в прошлых жизнях. Люди же, не ведая об этих прегрешениях, полагают, будто они несправедливо попадают во власть случайностей, от которых и страдают114 .
5. И в отношении промысла обыкновенно пребывает в недоумении по тому же самому вопросу большинство людей-все те, кто страдает без вины, не совершив до этого никакого преступления. Ведь и они не в состоянии понять, находясь здесь, что такое душа, и какой совокупной
жизнью она обладает, и сколько прегрешений она допустила в предшествующих жизнях, и что, следовательно, если она страдает, то за совершенное прежде. Кроме того, многие преступления скрыты от человеческого разумения, а богам известны, поскольку они предполагают для справедливости не то же самое соблюдение, что у людей. Последние определяют собственную свободу действий для души и установленный в соответствии с действующими законами и властвующим государственным устройством порядок заслуженного возмездия как справедливость, а боги, конечно же, выносят суждение о законных поступках, обращая внимание на совокупное устройство космоса и на родство душ с богами. Именно потому истолкование законного происходит у богов одним образом и другим-у нас, и я не был бы удивлен, если бы мы по большей части не понимали высшего и наисовершеннейшего истолкования лучших.
Что же препятствует тому, чтобы справедливость воспринималась каждым самостоятельно и совершенно по-разному, невзирая на все родство душ с богами? Ведь если действительно природа, одинаковая и для душ, пребывающих в телах, и для свободных от тел, вступает в некое тождественное слияние с жизнью космоса и в общий порядок с ним, то необходимо требовать от всего назначения справедливой кары, и, особенно, если бы величина ранее имевшихся в одном случае преступлений превосходила возмездие, произведенное одним соответствующим проступкам наказанием. Если бы кто-нибудь дополнительно выдвинул и другие определения, в соответствии с которыми он доказал бы, что справедливые с точки зрения богов действия представляют собой нечто иное, нежели то, что установлено у нас, то и на основании этих определений у нас открылся
бы путь к высказанному ранее. Однако для разъяснения целостного и всеохватного рода исцеления при помощи справедливых наказаний мне достаточно ранее названных принципов.
6. Однако, для того чтобы со всех возможных сторон высказать возражения в ответ на ныне обсуждаемое предположение, допустим, если хочешь, противоположное уже установленному нами, а именно -будто нечто противозаконное совершается в числе действий, связанных с заклинаниями. Впрочем, само собой разумеется, что причиной этого не следует объявлять богов. Ведь благие являются причиной благих предметов, а во всяческом зле неповинны. Боги же по своей сущности обладают благом и, следовательно, не совершают ничего несправедливого. И, значит, необходимо отыскивать причины происходящего не так. Если мы даже и окажемся не в состоянии найти их, то не следует упускать из виду истинное представление о богах; не нужно и из-за разногласий, если и поскольку они возникают, отстраняться от истинного и ясного представления последних. Ведь значительно лучше признать свое непонимание и бессмысленность силы, при посредстве которой совершается несправедливое, нежели согласиться с не-|коей неприемлемой ложью о богах, относительно которой все, как эллины, так и варвары, справедливо придерживаются противоположного мнения.
7. Итак, вот каково истинное положение дел. Впрочем, нужно присовокупить и то, сколько имеется причин для иногда случающегося возникновения дурных действий и каковы они. Ведь их вид является неоднородным. Многообразная причинность приводит к возникновению многообразных зол. Ведь если мы только что правильно говорили о призраках и дурных демонах, подражающих присутствию
богов и благих демонов, то, разумеется, в этом случае с очевидностью каким-то образом проявляет себя то же самое пребывающее во множестве злонамеренное племя, в связи с которым обыкновенно и возникает подобное противоречие. Ведь оно изображает, что служитель справедлив, поскольку тот делает вид, будто принадлежит к божественному роду. Содействует же оно беззаконным поступкам, поскольку дурно по своей природе. Стало быть, пусть будет существовать одно и то же рассуждение относительно лжи и истины, блага и зла. Следовательно, точно так же, как при прорицании мы приписывали богам свойство говорить только истину и замечали, что ложь, высказываемая в пророчествах, возникает из-за другого причинствующего рода -демонического, и в отношении законных и беззаконных действий на счет богов и благих демонов следует относить лишь прекрасное и законное, а беззаконное и безобразное считать совершаемыми дурными по природе демонами. Далее, то, что всецело согласно и созвучно самому себе и всегда находится по отношению к себе в одном и том же положении, соответствует лучшим родам, а то, что противоречиво, несозвучно и непостоянно, более всего свойственно демонической расчлененности, и нет ничего удивительного, если в ее рамках возникает враждующее между собой; напротив, пожалуй, было бы удивительнее, если бы это не было так.
8. Далее, если, в свою очередь, принять другую гипотезу, то мы не считаем телесные части мироздания ни бездеятельными, ни беспричастными силе-напротив, мы утверждаем, что насколько совершенством, красотой и величиной они превосходят наши тела, настолько и большая сила им присуща. Так вот, они сами по себе обладают властью в отношении других тел и совершают какие-то