А,Б,В,Г,Д и другие

Алексей Палыч понемногу возвращался в прежнее состояние. 
– Хотел бы я знать, о чем вы еще не знаете? – спросил он. – То вы ведете группу в болото, то выясняется, что руководитель не умеет плавать. Что будет дальше? 
– Все равно изменить ничего нельзя. 
– А если бы вы утонули? 
– Это другое дело. 
– Ну, тогда тоните, – предложил Алексей Палыч. – Больше я вас не буду спасать. 
Лжедмитриевна впервые взглянула на Алексея Палыча с интересом. 
– Ну, – замялся Алексей Палыч, – возможно, и буду. Даже скорее всего буду. Но не от большого желания. Это что-то вроде инстинкта: мало кто может равнодушно смотреть, когда гибнет... – тут Алексей Палыч запнулся, ибо точно не знал, кто стоял перед ним, – что-то живое, – закончил он не слишком определенно. 
– Вы хотите сказать, что разум заставляет вас желать моей гибели, а что-то другое заставляет меня спасать? Но что может быть сильнее разума? Мне это не понятно. 
– Подозреваю, что вам многое непонятно, – сказал Алексей Палыч, понемногу возвращаясь в агрессивное состояние. 
– Конечно, – согласилась Лжедмитриевна, – иначе я была бы не здесь, а дома. 
– Вот и возвращайтесь домой! А мы выведем группу обратно. 
– Попробуйте им об этом сказать. 
Алексей Палыч мысленно сплюнул и вернулся к Борису. О том, чтобы говорить с группой сейчас, не могло быть и речи. 
– Чего вы с ней там – за ручку? – спросил Борис. 
– Да так... еще раз попробовал уговорить вернуться. Не вышло. 
– И не выйдет. Рука-то у нее хоть настоящая? 
– То есть?.. 
– Человеческая? 
– Вполне, – со вздохом сказал Алексей Палыч. 
После купания ребята начали организовывать переправу. Все оказалось очень просто. Стасик, зажав в зубах конец веревки, переплыл на ту сторону и обвязал веревку вокруг ствола. Другой конец закрепили повыше, на этом берегу. Рюкзаки, подвешенные на карабинах, переехали через реку. Ребята, Алексей Палыч и Борис – им все же пришлось раздеться – переплыли сами. 
Алексей Палыч ожидал посрамления лжекандидата в мастера спорта. Оно не состоялось. Скорее, наоборот. Под предлогом проверки снаряжения "мадам" села в петлю, прикрепленную карабином к веревке, и лихо, чуть ли не под аплодисменты, скользнула на ту сторону. 
Обманутый Алексей Палыч, натягивая брюки прямо на мокрые трусы, уже сожалел о своем благородном поступке.