Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

 
Человек и загон
Бывает так, что выпив утром
Ядрёный русский самогон,
Я вдруг дурею. Почему-то
Со мной случается загон
Я бью назойливые рожи
И просыпаюсь в трезвяке.
Моё лицо разбито тоже
И жизнь висит на волоске
Кругом бомжи на ржавых койках.
Я слышу их похмельный бред.
Они кричат и спорят бойко,
Не поделив казённый плед.
Какой-то гопник долговязый
Блюёт на стену, паразит.
Испортил воздух он, зараза,
А я брезглив. Меня тошнит.
Бесцеремонное коварство
Людей достойных забирать.
О, как жестоко государство!
Ему поэта не понять.
Сижу на койке, как на нарах.
Не спится, холодно, дрожу.
Да! Вытрезвитель это кара.
Ещё какая, вам скажу!
 
Спасибо
«Спасибо» в карман не положишь.
«Спасибо» в стакан не нальёшь.
И выпить «спасибо» не сможешь,
И песню потом не споёшь
Нет выгоды в слове «спасибо»,
Но как оно радует нас
И трогает за душу, ибо
Встречается редко сейчас
Мы стали угрюмыми, злыми,
Скандальными до хрипоты.
А кто нам помог стать такими?
Бомжи, контролёры, менты
Врачи, продавцы, бюрократы,
Водители и слесаря,
Что с нами общаются матом,
(В такую-то мать костеря).
 
Клоп
Мне сейчас щекотно лоб,
По нему гуляет клоп.
Он пришёл издалека.
Не убью его пока.
Как ни как он всё же гость.
Затаю на время злость.
Стану гада ублажать
И за стол его сажать
Дам попробовать вина,
Восклицая: «Пей до дна!»
Накормлю его сырком
И медком, и крендельком.
А когда мой гость уснёт,
Съев последний бутерброд,
Я скажу хватая нож:
«От меня ты не уйдёшь!
Нападенье совершу.
В нос злодея укушу.
И проклятому врагу
Стать калекой помогу
Дам по морде кирпичом,
Чтобы помнил что по чём.
До крови поколочу
И в бараний рог скручу. 
 
Грабёж
Однажды пил я в парке пиво.
Минуты медленно текли.
А два бомжа нетерпеливо
Мою бутылку стерегли.
Они неброско примостились
Вблизи от лавочки моей
И меж собою матерились,
Ожесточаясь всё сильней
Я даже сразу не заметил,
Что стал объектом дележа.
Был сердцем чист, душою светел
И не предвидел грабежа
А пиво медленно кончалось,
(Всему на свете есть предел).
Минута скорби приближалась.
Холодный ветер налетел.
И вот, когда я собирался
Глоток последний совершить,
Зловещий крик в тиши раздался,
Меня сумев ошеломить
В мою бутылку моментально
Вцепились руки двух бомжей.
Я пивом был облит нахально
От подбородка до ушей.
Мне стало грустно и тоскливо.
Я был разбоем удручён.
По мне моё стекало пиво,
Как будто с ложки суп «харчо»
Враги у ног моих катались,
Трофей не в силах поделить.
Друг друга били, матюкались.
А впрочем, что там говорить
Они сподобились животным,
В грязи холодной копошась.
Я мог бы, и при том охотно, 
Отколошматить эту мразь
Но только плюнул в них с презреньем
И, отпустив бомжей без травм,
Я написал стихотворенье,
Которое читаю вам… 
 
Осенний дождь
Чем дольше дождь – тем больше грязи.
Туман и морось, скукота.
Ложатся тихо листья наземь.
Душа в сознаньи заперта.
Как будто что-то её давит,
Мешает чувствовать, дышать.
Кто от тоски меня избавит?
Быть может выпивка? Как знать
На небе тучи словно тряпки
Летят сплошною чередой.
По мостовой шагают бабки,
Несут в руках кули с едой
Укрывшись хитро под зонтами,
Они по лужам так и прут.
А между ними временами
Собаки вшивые снуют
Я на балконе с папиросой
Холодным воздухом дышу.
Пускаю мысли под откосы,
Стихи различные пишу
Витает всюду запах злобы.
В глазах прохожих суицид,
Афганистан, ГУЛАГ, Чернобыль,
Холера, Сифилис и «СПИД».
Растут озоновые дыры.
Вот-вот растают ледники.
Кто поумней – сидит в трактире,
Все остальные дураки
Поп-дива снова на концерте
Прелюдно обнажает зад
И эротично оным вертит,
Пропагандируя разврат
Юнцы пахабные журналы
Листают тайно по ночам.
Идут из космоса сигналы,
В мозги внедряясь невзначай.
Всё как-то глупо, несуразно, -
Тяжёлый сон больной души.
Осенний дождь. В России грязно.
Горланят песни алкаши…