Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

 
189. Догорал закат багряный
Догорал закат багряный,
Молкли трели соловья;
Лежа в луже мордой пьяной,
Размышлял о жизни я.
"Как, однако, непреложны
Аксиомы бытия,
Как мы, в сущности, ничтожны! –
С тихой грустью думал я. –
Человек как был свиньею,
Так и ныне он свинья.
Иллюстрацией живою,
Например, являюсь я..."
1993
 
190. Не влюбляйтесь в злых фей из журнала "Плейбой"
Не влюбляйтесь в злых фей из журнала "Плейбой",
То не бабы, а демоны, ведьмы, суккубы.
Изгоняйте из брюк их ценою любой,
Если нужно – своими руками сугубо.
Сатана виртуальных создал афродит,
Чтобы мы, наглядевшись на них до отвала,
Потеряли к синицам в руках аппетит,
Чтоб на девок нормальных у нас не вставало.
Нас морочат они, несмышленых котят,
Обитая в журналах и телеэфире;
Ни рожать, ни давать нам они не хотят,
А в итоге рождаемость падает в мире.
Так грядет Апокалипсис, именно так!
И мы будем без войн и без крови побиты,
Ибо вымрем, не выдержав этих атак,
Как гигантские ящеры и трилобиты.
Мужики! Отвращайте коварный удар!
Чтоб впихнуть вы отныне и думать не смели
Ни какой-нибудь Анне-Марии Годар,
Ни какой-нибудь Андерсон, скажем, Памеле!
Не являйте собою наивных растяп,
Игнорируя жен, пусть похожих на доски,
А от чар избавляйтесь – пусть даже хотя б
Овладев продавщицей в журнальном киоске!
2002
 
191. Я старый русский, хоть еще не стар
Я старый русский, хоть еще не стар,
И, как Христос, жалею русских новых.
Их новизна – данайский страшный дар,
Для них чреватый тьмой вещей хреновых.
У них бы жалость вызвала моя
Отрыжку жизнерадостного ржанья;
Иная новорусская свинья
Смеялась бы до моченедержанья.
Однако, если вдуматься всерьез,
Они, по сути, глубоко несчастны.
Их жребий – жрать, как лошадь жрет овес,
Теряя связи с вечным ежечасно.
Легко жалеть голодных и калек,
Но пожалеть зажравшуюся харю
Отнюдь не всякий сможет человек
(За что его я первый не ударю).
Нам новый русский дан как благодать,
Нам как лекарство эту дрянь всучили,
Чтоб мы свою способность сострадать
На нем до совершенства отточили.
Жалеть такого – высший пилотаж,
Мы по нему как по живому трупу
шагаем к Богу. Новый русский – наш
духовный тренажер, так скажем грубо.
Мне жаль его. Ведь он помрет скотом.
Невосприимчив будучи к леченью,
Он счастлив лишь в неведеньи святом
Об истинном своем предназначеньи…
2003
 
192. Люблю в амплуа одинокого волка
Люблю в амплуа одинокого волка
Бессмысленно этак повыть на луну;
Люблю сознавать, что к различного толка
активным термитникам я не примкну;
Люблю наблюдать я за массой тупою
с аморфным ее мозжечком иногда;
Люблю полагать, что пополнить собою
Не дам никому я баранов стада;
Люблю не вставать под священное знамя,
Под флейту пастушью растягивать рот,
Покуда вдруг мудрость о тех, кто не с нами,
Взглянуть на меня не заставит народ.
"Ну что ж, – я в финальном подумаю кадре
Пред тем как от пули свой дух испустить, –
Ты выбрал роль зрителя в этом театре,
За все удовольствия надо платить..."
1999
 
193. MAN IN LOVE
Мы вкушали с тобой африканский закат,
От безделья бродя по саваннам Анголы.
Ты острот отпускала в мой адрес каскад,
Я, снося терпеливо всех шпилек уколы,
на тебя впечатленье чтоб произвести
И слегка под воздействием виски и грога,
Подошел, равновесие тщась обрести,
К мирно пасшемуся в стороне носорогу.
– Посмотри, на какие безумства, Элен, –
произнес я, – способен мужчина влюбленный...
И затем я тряхнул носорога за член,
Сладострастно смакуя твой взор изумленный.
Я тебе подмигнул, беззаботен и смел;
Ты дрожала среди баобабовых веток.
"Н-да, видать, ты совсем от любви охренел", –
Посочувствовал мне носорог напоследок...
1999