Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

 
76. Ты в жизнь мою войдёшь, я воспылаю страстью...
Ты в жизнь мою войдёшь, я воспылаю страстью,
Ты вынудишь меня жениться на тебе;
Ты облечёшь себя самодержавной властью,
И за свои права воспряну я в борьбе.
Ты в церковь, в Божий храм, введёшь меня как в стойло,
Я привяжусь к твоим домашним куличам,
И возмещать ущерб твоим любовным пойлом
Заставлю я тебя в кровати по ночам.
Я буду сыт твоей обыденной кормёжкой;
Однажды, предъявив претензию к борщу,
Я запущу в тебя маисовой лепёшкой
И чем-нибудь ещё, наверно, запущу.
Потом я заведу подружку молодую,
Чтоб пасторальный тон привнесть в батальный жанр.
Я обрету любовь, смысл жизни обрету я,
Детей на стороне, развод и мягкий шанкр.
Я стану попивать спиртное на досуге,
С бутылкой тет-а-тет вползать в свою дыру
И с истиной в вине о том, что бабы - суки,
Чуть-чуть не дотянув до старости, помру.
 
77. Ты вновь уснёшь и вновь войдёшь в волшебный дом...
Ты вновь уснёшь и вновь войдёшь в волшебный дом.
В публичный дом своих распутных сновидений.
Где вновь с каким-нибудь породистым скотом
Опустишься на одр греховных наслаждений.
Бессилен в дом попасть, я встану у окна,
Объятый роковой мучительною страстью;
Вновь будет по стеклу бессильно течь слюна,
Оскаленной моей рождаемая пастью.
В реальности дневной лояльность мне храня,
Ты в мир порочных снов как ведьма убегаешь,
В тот неприступный дом, в котором нет меня,
Куда на шабаш свой меня ты не впускаешь.
Но я смотрю в окно, страдальчески сопя,
С мечтой о том, чтоб ты моей была всецело,
Чтоб даже в снах твоих не выпускать тебя
Из-под моих очей фатального прицела.
И в эту ночь, когда любви апофеоз
Твою нагую плоть заставит содрогнуться,
Мой воспалённый взор, знобящий как мороз,
Все ж вынудит тебя к окошку обернуться.
И ты узришь клыки, язык, слюнявый рот,
Мужской мой арсенал, такой, что не приснится;
Ты дико завопишь. И заскулит Эрот.
И рухнет двух миров незримая граница.
Снаружи петухи три раза прокричат;
Свет молний полыхнёт под жуткие раскаты,
И я влечу в окно, крылат и чешуйчат,
Под звон стекла представ исчадием Гекаты.
Я вдруг на твоего партнёра приземлюсь;
В глазницах без зрачков геенны вспыхнет пламя;
Я в глотку твоему наложнику вопьюсь,
Похабно заурчав и хлопая крылами.
В конвульсиях немых затихнет вскоре он,
Скончавшись от атак обширного инфаркта;
Ты взвизгнешь, и твой визг прервёт кошмарный сон,
Перенеся тебя в постель мою де-факто.
Сквозь слёзы и сквозь пот ты ощутишь меня,
Обнявшего тебя за выпуклости бюста,
И осознаешь вдруг, себя за дурь кляня,
Что глупо убегать от истинного чувства...
 
78. Ты всё жаждешь сильного мужчины...
Ты всё жаждешь сильного мужчины,
Твёрдого, со взглядом волевым.
В силу той естественной причины
Стану я охотно таковым.
Я не буду больше пылким принцем
С тонкой и лирической душой.
Возведя мужскую силу в принцип,
Я скотиной сделаюсь большой.
Всякие там нежности телячьи,
Вздохи, серенады при луне,
Розы, взор сентиментальной клячи
Будут похоронены во мне.
Дорогие норковые шубки,
Что любезны столь твоей губе,
Будут у тебя, но злые шутки
Впредь держать старайся при себе.
Ездить в "Мерседесе", кушать виски
Сможешь ты и летом, и весной,
Но свои рефлексы феминистки
Лучше брось в общении со мной.
Я забыть тебе рекомендую,
Коль напьюсь до положенья риз,
И про привилегию такую,
женскую сугубо, как каприз.
Обладать тобой я буду грубо,
С властностью пещерного самца.
Ты ж со стороны своей, голуба,
Будешь мне послушна, как овца.
Ну а в том, что стану через день я
Бить тебя, употребляя власть,
Ты тому ищи лишь подтвержденье,
Что твоя мечта вполне сбылась.
 
80. Тяжёлое наследие
Она - произведение искусства,
Хоть убеждался собственной рукой,
Что в мякоти кормы её и бюста
Искусственности явно никакой.
Она - произведение искусства,
И раритетом этой красоты
Стремлюсь владеть я с редкостным занудством,
К её ногам бросаясь с высоты.
Она - произведение искусства,
Легка, как сон, как поступь, как враньё
Про все ко мне питаемые чувства,
Как нрав, как поведение её.
Она - произведение искусства
И, следуя завету Ильича,
Принадлежит народу - вот паскудство!
И пью я джин, рога свои влача.